Александр Бушков - Сборник Спаситель Короны

— Ну вот, теперь понятно! — триумфально возгласил Элкон.

— Что там? — спросил Сварог.

— Видеозапись, — сказал Элкон, барабаня по клавишам и не отводя взгляда от крохотного экранчика. — Седая старина, формат пять-альбан-два…

— Технические подробности побоку, — сказал Сварог. — Воспроизвести можете?

— Конечно. Еще несколько секунд, сейчас окончательно адаптируется… Какой экран?

— «Стену», — не раздумывая, распорядился Сварог.

— Есть, командир… Начали.

Справа, на месте одной из стен, загорелся огромный мерцающий, молочно-белый прямоугольник. Сварог развернулся туда на вращающемся кресле. Принц шумно передвинул свое, массивное и роскошное, предназначенное для почетных гостей.

В следующий миг экран засветился голубым и белым, появились летящие безукоризненным строем аппараты искусственного происхождения, которые Сварог опознал моментально.

Над белоснежным, бугристым облачным ковром, зиявшим многочисленными прорехами, шла тройка самолетов чуточку непривычного вида, но все равно сразу ясно было, что они, во-первых, реактивные, во-вторых, боевые. Для бомберов определенно маловаты — истребители или штурмовики. Скошенные крылья, двойные, светящиеся алым сопла, двойные кили, чуть скошенные наружу, длинные каплевидные кабины, острые носы, гроздья оперенных цилиндров под крыльями — ракеты, тут и гадать нечего…

Они шли уступом — в три эшелона, каждый правее и ниже левого крайнего. Судя по всему, съемка велась из кабины четвертого самолета, идущего с той же скоростью выше и чуть позади. Белые облака (судя по ним, на земле стояла прекрасная погода) еще более поредели, внизу медленно проплывала буро-зеленая земля с желтоватыми, геометрическими правильными очертаниями полей (похоже, к жатве еще не приступали), извивами речек, кучками крохотных коробочек — то ли деревни, то ли маленькие городки. Наметанным глазом десантника Сварог определил высоту в пять с небольшим лиг.

Легонько потрескивало, звучали казавшиеся чуточку механическими голоса — ага, это в наушниках ведущего съемку пилота.

— Акоран — Пятому. Три-шесть по радиусу.

— Пятый понял.

— Первый пояс не отвечает.

Эта монотонная, насквозь непонятная перекличка продолжалась довольно долго, и самолеты прежним курсом шли на той же высоте.

Слева булькнуло — это принц Элвар, отчего-то стараясь проделывать все совершенно бесшумно, наполнял серебряный стакан живительной водицей из баклаги. Перехватив взгляд Сварога, словно бы виновато улыбнулся, долил до краев, но пить не стал, сказал тихо:

— Это — до Шторма. Вроде бы непосредственно перед…

— Я понимаю, — ответил Сварог тоже отчего-то едва ли не шепотом.

— Внимание! — раздалось в наушниках у пилота. — Объект прошел второй зенитный пояс без видимых последствий. Пояс замолчал. Я…

Ворвались помехи — стрекотание, свист, треск. Голос словно бы отдалился, ослабел, хотя звучал по-прежнему четко:

— Акоран, цель идет через третий квадрат курсом три-ноль-двенадцать. Если будет идти прежним, и вы тоже, вы с ней скоро пересечетесь.

— Понял, — спокойно сказал пилот.

— При визуальном обнаружении — боевой заход, залп всеми бортовыми.

— Понял, боевой заход, всеми бортовыми…

— Акоран, цель приближается. Мои перехватчики…

— Пятый! Пятый! Пятый! — закричал пилот. — Пятый!

Он звал долго — но умолкнувший Пятый так и не откликнулся… В конце концов пилот перестал его вызывать, четко выговорил:

— Внимание, звено! Связь с центральным постом потеряна. Действуем согласно последнему приказу: при визуальном обнаружении боевой заход, залп всеми бортовыми.

— Есть.

— Есть.

— Есть… вот оно!!! Слева на четыре-два!

— Звено, боевой заход! Залп без команды на дистанции в шестьсот, всеми бортовыми.

— Есть!

Буро-зеленая земля внизу накренилась — это самолет лег на крыло, уходя влево, опускаясь вслед за синхронно свернувшим звеном. Очень быстро самолеты снизились до лиги с небольшим, теперь можно было рассмотреть крохотные домики, белоснежные суда на широкой реке, дорогу, по которой в обе стороны передвигались крайне похожие на автомобили коробушки.

— Вижу слева!

Сварог уставился туда. Слева со скоростью, значительно уступавшей самолетной, медленно опускаясь все ниже, летело нечто странное: насколько удается разглядеть на немаленьком расстоянии, продолговатый предмет, напоминающий то ли разрезанный вдоль дирижабль, то ли прозаический батон. Четкие очертания, ни разу не исказившиеся, ни следа реактивного выхлопа сзади, впрочем, крыльев, моторов и пропеллеров тоже вроде бы не видно — просто-напросто этакий батонообразный слиток багряного стекла с многочисленными темными вкраплениями. Отчего-то предмет этот, несмотря на правильные очертания, казался то ли слитком стекла, то ли сгустком багрового дыма…