Алексей Калинин - Гадалка [СИ]

Наталья снова ощутила приступ паники, как тогда, в лесу, когда малышкой осталась на полянке совсем одна. Как он мог? Почему? Ведь было же всё нормально. В зеркале ванной комнаты отразилось бледное лицо женщины. Казалось, что она постарела на двадцать лет, синие глаза с болью смотрели из отражения.

Она зашла в комнату сына. Одежда, вещи, книги свалены в кучу — собирался второпях? Или Андрей его похитил? Горячий ком поднялся из груди и застрял в горле, мешая дышать. За что?

Наталья набрала Серёжкин номер. Бездушный женский голос сообщил, что «аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Повторный набор дал те же результаты, вот только в голос автоответчика добавились издевательские нотки, слышалось: «Что упустила сына? Ушла в свои проблемы и забыла про него?»

— Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети…

Обида, горькая обида пополам с досадой наполнили глаза слезами. Она держала в руке записку, а соленые капли оставляли разводы на бумаге. Буквы начали расплываться. Наталья сидела в темной комнате сына на застеленной кровати, возле кучи разбросанных вещей. Вот этого мишку она подарила ему в три года. Пластиковые глазки были отгрызены молочными зубами и успешно проглочены, поэтому пришлось пришивать пуговицы. Игрушка с укоризной смотрела на плачущую женщину. Ещё чуть-чуть и она покачает головой.

Максим должен знать! Наталья схватила телефон трясущимися руками. Гудки кричали, что надо подождать, гудки рыдали… Пятый, шестой… Ну, почему он не отвечает? Наталья готова уже была разбить телефон об стену, когда ответил сонный голос.

— Да?

— Максим, извини, если разбудила… Это я… То есть это Наталья, мама Серёжки. Скажи… он не у тебя?

— Здрасте, теть Наташ. Нет, Серёжку я сегодня не видел. Он и в школе не появлялся. А что-то случилось?

В школе не появлялся? Как же так? Он же ушел утром… Он же отвечал по телефону! Он же…

— Максим, если он появится, то позвони… Обязательно позвони… — Наталья не смогла удержаться от всхлипа.

— Хорошо, теть Наташ, позвоню, — раздался настороженный мальчишеский голос. — А с ним что-то случилось? А то он последнее время был какой-то странный.

— Ка-какой странный?

— Ну, это… Приходил всегда и просил посидеть за компом. Я даже гулять уходил, а он сидел и переписывался с какой-то Гиеной, или Гиневрой. Наденет наушники, ходит по «Скайриму» и переписывается с ней.

— А кто эта Гиневра? Не… не девочка из вашего класса? — сердце Натальи словно сжала ледяная рука.

— Нет, он с ней познакомился в инете. Вот и переписывался. Я ему говорил, что это может быть и толстый мужик в семейных трусах, а Серёжка только отмахивался. Говорил, что так тонко женскую душу и женские переживания может описать только женщина.

— Почему ты не сказал этого раньше? Ну почему?

— Дык я это… Не думал, что так всё получится. Дык может это вовсе и не из-за неё всё случилось?

— Максим, но если будут какие-нибудь вести… пожалуйста, дай сразу знать.

— Хорошо, теть Наташ. Обязательно позвоню.

Телефон замолчал, и Наталья увидела — почему Максим спал в это время. Часы показывали четыре утра. Сколько же времени она пролежала без сознания?

Наталья прошла на кухню, отсчитала тридцать капель валерианки. Настойка не принесла успокоения бешено стучащему сердцу. Она попробовала глубоко дышать, чтобы успокоиться. Под ногами крутился назойливый Мурлок, которому хотелось еды и внимания. Наталья снова взялась за телефон и ушла в комнату под недоуменным взглядом кота.

— Дежурный Соколов ОВД «Филевский парк» слушает, — раздался в телефоне грубоватый мужской голос.

— Доброе утро. У меня… У меня сын пропал, — Наталья пыталась усмирить рвущиеся из груди всхлипы. На капающие слезы она уже не обращала внимания.

— Когда пропал, сколько лет? — деловито осведомился дежурный.

— Вчера. Ему тринадцать лет.

— Просто ушел и всё?

— Нет, оставил записку, что он у отца. А мы с его отцом уже шесть лет в разводе.

— Женщина, успокойтесь. Позвоните его отцу.

— У меня нет его телефона.

— Тогда подождите. Мы примем от вас заявление, если он не объявится в течение трех дней. Можем принять и сейчас, но вряд ли это поможет. Нагуляется и вернется, так что нечего волноваться раньше времени, — дежурный положил трубку.

Наталья застыла. Как так? Он даже не дослушал… Голосок здравомыслия говорил, что полиция палец о палец не ударит, если на руках есть записка.