Алексей Калинин - Гадалка [СИ]

— Нет, что вы. Всего лишь хотел выйти. Вы правы, уже поздно и пора домой. Жаль, что вы отказываетесь от нашей помощи. В качестве бонуса мы могли бы выдать того человека, который не первый раз калечит вашу машину.

— Я начинаю думать, что это ваших рук дело. Очень уж вы осведомлены о происходящем.

— Наталья Георгиевна, вы зря так думаете. Мы всего лишь деловые люди, которые не нарушают закон. По крайней мере, не были в этом замечены. Я настойчиво рекомендую вам найти визитку Антона Валерьевича и обсудить назревшую проблему. Мы можем справиться быстрее, чем государственные органы. Всего доброго, Наталья Георгиевна, спокойных снов.

Наталья отстранилась от двери, и мужчина вышел, улыбнувшись на прощание. Если вы видели, как улыбается питон, перед тем, как начать заглатывать жертву, то сможете понять чувства Натальи. Её передернуло от омерзения, но в то же время опять поймала себя на мысли, что снова не может вспомнить лица мужчины.

Она еле дождалась лифта и поднялась на свой этаж. Ключи тонко позвякивали в дрожащих пальцах. Войдя в квартиру и закрыв за собой дверь, Наталья с облегчением выдохнула. Она вытерла лоб и уставилась на влажные подушечки пальцев. Когда успела вспотеть?

— Сереж, ты дома? — тихо позвала Наталья.

В ответ тишина. Лишь послышался прыжок Мурлока, который выбежал на голос хозяйки. Вечно голодный кот тут же полез оставлять свою шерсть на колготках Натальи. Женщина заглянула на кухню — на столе не было бардака, который они оставили после посиделок. Тарелки вымыты, стол блистал чистотой.

Наталья на цыпочках подошла к двери сына и услышала легкое клацанье клавиш. Сережка не спал. Она постучалась, но никто не ответил. Так было раньше, когда он сидел в наушниках, возможно, сейчас тоже сражается на просторах виртуальной реальности. Наталья толкнула дверь.

— Сереж, ты почему ещё не спишь? — окликнула она сына, который и в самом деле был в черных наушниках на белобрысой голове.

Сережка вздрогнул от звука голоса, обернулся на мать и снял наушники.

— Мам, я тебя ждал. Решил немного убить время в вирте. Что случилось у Ирины?

— Ты знаешь, Сереж. Я хочу сказать, что очень люблю тебя, — Наталья села на краешек кровати.

— Я тоже люблю тебя, мам. Прости за мои слова. Ты и в самом деле старалась ради меня, — Сережка говорил, не поднимая глаз от пола.

Наталья не выдержала, подошла и обняла его. Он же прижался щекой к её боку. Как делал это раньше, когда пугался чего-то и подбегал к маме-защитнице. Как делал это, когда обнимал её и с губ срывался детский лепет о том, что он очень сильно любит мамочку и ни за что никому её не отдаст. Как делал это, когда радовался хорошим отметкам в школе…

Как перестал это делать совсем недавно, год или два назад. Когда принял для себя решение стать взрослым. В такие моменты дети начинают стесняться выражать публично свои эмоции по отношению к родителям. Вернее, выражать позитивные эмоции, негативные же сыпались незаметно для детей.

— Сереж, ты знаешь, что твой отец собирается забрать тебя у меня?

— Да, он говорил мне об этом.

Сережка не поднимал глаз. Его голос снова начал звучать глухо.

— А что ты думаешь? Ты хочешь к нему?

— Вряд ли. На кого же я тебя оставлю.

Наталья прижала его сильнее. На экране монитора качался компьютерный лес, закатное небо наливалось густой алой краской. Сбоку выскочило небольшое окошечко и раздалось агуканье, какое выдает «аська». «Сообщение от Гиневры» — гласило это окошечко.

— Так что там у Ирины? — торопливо спросил Сережка, когда увидел сообщение.

— У неё парня убили, Мишку.

Наталья сказала это и снова почувствовала, как глазам стало горячо. Слишком уж много она стала последнее время плакать. Это плохо, нужно прекращать. Её надо быть сильной, надо быть холодной, как лед, чтобы справиться со всеми невзгодами и жить дальше.

— Ого, ничего себе. Жалко её. Она хорошая девчонка, — Сережка оторвался от матери и косился на экран, где подергивалось окошечко с надписью.

— Да, жалко. Но ничего не поделаешь — судьба так распорядилась. А кто такая эта Гиневра? Знакомая?

Сережка смутился и чуть покраснел. Ладонь Натальи взъерошила мягкие волосы.

— Ну да, играем вместе, переписываемся.

— Ладно. Долго не засиживайся, а то утром не встанешь.

— Мам, так выходной же завтра.

— Уже сегодня, — Наталья посмотрела на часы. — Но всё равно. Ты же не хочешь его проспать?

— Нет, я ещё чуть-чуть посижу и лягу. Не волнуйся, утром проснусь нормально.