Лаура Граф - Стафф

Девушка с чихуахуа, которая сама напоминала чихуахуа при богатом папике, а точнее являлась паразитом, не производящим никаких благ, а только присасывающимся к тем частям, которые были ей интересны, все-таки остановила свой выбор на черной сумке Prado. Когда довольная своим выбором Маша завершила последние штрихи своего приготовления, ее взгляд упал на стоящую неподалеку Анну.

– Как там тебя? А, неважно… – Не дожидаясь ответа, продолжала Маша: – Поменяй в спальне белье и не забудь протереть мои фотографии с показа… Будем поздно, двери я закрою, – с этими словами Маша вышла, оставив растерянную Анну посредине гостиной.

Анна вздохнула, огляделась и вновь принялась за работу. Зайдя в спальню Маши, она сперва чуть не задохнулась, а потом чуть не заплакала: разруха была еще похлеще, чем во всех остальных частях квартиры. Стену спальни украшали пыльные фотографии с модных показов, на которых Маша фигурировала в качестве модели. У Юлианы было хобби в виде создания своего бренда одежды, а Маша являлась ее непосредственной моделью и даже вложила какую-то небольшую часть выслуженных у папика денег в модный бизнес. Особо вникать в нюансы бизнес-схемы Маша не стала, и даже если бы стала, то мало что поняла бы, а вот красоваться на подиуме было ей как раз по душе. Таким образом, к ее профессии содержанки добавлялась новая – топ-модель по-русски.

Меняя белье, которое не пахло любовью, а тем более счастьем, девушке стало как-то тоскливо. «Редкостное свинство! – выругалась она про себя. – И как такая неряха и пустышка может нравиться мужикам? Как? Она не может отличить Толстого от Достоевского, считает, что Фрида – это название духов, а не имя известной художницы…»

Анна вновь подняла голову и посмотрела на картину, висевшую над изголовьем кровати, где была изображена девушка, засовывающая себе что-то в вагину. «А может, у нее загадочная вагина? Чем же она берет? Магическим зельем, колдовской ухой, сексуальным сальто? Чееем?» – сокрушенно мотала головой Анна, которая не могла пройти мимо собственных наблюдений и мыслей, не зафиксировав их для будущей статьи в своем рабочем блокноте начинающего журналиста.

Закончив всю работу далеко за полночь, девушка без задних ног повалилась на диване в гостиной, не зная, где еще можно это сделать, так как уходящая Маша не дала никаких распоряжений относительно ее стаффовской территории. Свернувшись калачиком, девушка проспала минут пятнадцать, а потом услышала щелчок открывающихся дверей и голос изрядно пьяной Маши.

– Аууууу. Кто здесь? Арина… то есть Анна, где ты там?

Анна нехотя встала с дивана и подошла к еле стоящей на ногах Маше.

– Помоги мне раздеться! – заплетающимся языком приказала Маша.

Вид Маши, с растекшейся тушью, размазанной помадой и задранным платьем напрашивался на одно лишь определение – «пятьдесят долларов в час», хотя перед выходом ставка была солиднее. Анна принялась помогать Маше, которая раскачивалась из стороны в сторону. Когда, наконец, удалось стянуть с нее часть одежды, Маша принялась снимать с себя ажурные трусики со стразами Сваровски, которые тут же мягко приземлились на пол, до блеска вычищенный Анной. Перешагнув через шкуру лебедя и ажурные подтяжки, она кинула свое последнее распоряжение перед глубоким пьяным сном:

– Постирай…

Как только Маша скрылась в своей комнате, Анна, брезгливо поморщившись, подняла с пола грязные трусы и шкуру лебедя.

– Буду я еще трусы за тебя стирать! – с этими словами девушка проследовала в ванную комнату и положила их в корзину для грязного белья.

На следующее утро Анна вскочила ни свет ни заря и стала прибираться. После легкой влажной уборки, так как все основное было сделано еще вчера, Анна приготовила завтрак и стала ожидать пробуждения спящей красавицы, которая не торопилась возвращаться из сонных грез. Ближе к полудню Анна начала нервничать и подумывать о том, как бы разбудить Машу. У нее была запланирована куча работы, а времени было мало. Наконец горничная услышала голос хозяйки, доносящийся из спальни.

– Арина… где ты там?

– Да? – Анна мигом метнулась к ней в комнату.

Маша лежала с опухшим лицом, по которому была размазана косметика, и еле шевелила бледными губами.

– Вы проснулись? Мне пора уходить, – с порога начала Анна.

Маша сонно потянулась и с удивлением посмотрела на Анну.

– Как? Уже? Вы разве не останетесь сегодня?

– Нет. Через неделю у двойняшек день рожденья. Нужно готовиться.