Марина Соколова - Возрождение

— Мы почти на месте, — раздался голос сестры прямо у меня над ухом, и в это мгновение до моего обостренного слуха начал доноситься шум и гам. Именно так звучат города, в которых кипит жизнь.

— Как выглядит город?

— Точно так же, как и Рокус, только порта здесь нет, — безразлично ответила магичка, которую, судя по голосу, не впечатлило открывшееся ей зрелище. — Все города одинаковы: что за стеной, что в Проклятых землях.

— А вот здесь ты не права, у каждого города свое лицо, своя атмосфера. Взять, к примеру, столицу — когда мы первый раз были там, это был город-призрак, где время застыло — серый, пустой, пугающий, довлеющий над каждым, кто окажется в нем. Теперь же это пылающий город, где нестерпимо жарко и кажется, что еще немного, и по улицам потекут реки чистого пламени. Он больше не пугает, но и остаться в нем тоже не тянет. А если вспомнить Рокус — большой открытый порт, где пахнет морем, а по узким кривым улочкам гуляет легкий ветер — с высоты кажется, что это лабиринт, но если привыкнуть и приглядеться, что можно понять, как все устроено.

— Никогда об этом не задумывалась, — ответила Минори, придерживая меня, чтобы я не споткнулся и не упал, что в моем состоянии случалось со мной постоянно. — Солар… даже не знаю, как его описать. Он меньше Рокуса, окружен такой толстой стеной, словно они готовятся к долгой осаде. Этот город крепкий, прочный, но знаешь, совсем не так должен он выглядеть, если учитывать какому божеству принадлежит.

— Он напоминает наши крепости, — вмешался в разговор Рик, который последнее время был немногословен и постоянно хмур. Так частенько бывает, когда кто-то начинает размышлять о жизни и собственной судьбе. К тому же, маг-воин все еще не одобрял то, что я собирался сделать. Хорошо еще, что он признавал, что отказаться от своего слова будет неблагородно.

— Значит, они боятся и пытаются от кого-то защититься. Весь вопрос от кого и почему, хотя если вспомнить прошлое светлых магов, то вполне можно предположить, что у этих стен иное предназначение и они призваны никого не выпускать, — мне не нравились собственные мысли, но я понимал, что они могут оказаться правдой. Печально. Я уже все время жду самого худшего и от людей, и от жизни.

— Все возможно, но сейчас не время об этом говорить. Мы уже почти у ворот, так что вживайтесь в свои роли и молитесь Госпоже Удаче, чтобы она помогла нам.

Мы продолжали двигаться, и, должен признать, что каждый шаг давался мне с трудом. Сейчас я был не более, чем калека, но хуже всего было то, что я не мог оценить обстановку и понять, откуда ждать беды. Вряд ли у Рика и Минори достаточный опыт для того, чтобы оценить все риски. Как же это раздражает, но я не могу злиться, негодовать и ворчать — сейчас я слепец, пришедший за помощью, а это значит, что на моем лице должны застыть смирение и мольба о помощи.

Звуки усиливались, я уже слышал обрывки разговоров, отдельные слова, сотни голосов, в которых практически невозможно вычленить суть. Напряжение нарастало с каждым мгновением, по моему лицу даже пот начал струиться.

— Спокойно, — раздался ласковый шепот сестры. — Говорить буду я, а вы молчите и кивайте.

— Как скажешь, сейчас ты главная.

— Не нравится мне это, — ворчал Рик, идущий справа от меня.

— Тебе тоже стоит успокоиться. А если будешь продолжать бубнить, то я скажу, что ты немой. А что, две калеки лучше, чем один!

Я с трудом подавил смешок, медленно расслабляясь — дальнейшее не в моих руках, все, что я могу, это довериться Минори и магу-молний. И это было самое трудное, ведь я привык все контролировать и всегда быть начеку. Именно мне приходилось всегда идти впереди и решать все наши проблемы, которые, к слову, возникали именно по моей вине, а точнее из-за меня.

— Здесь почти нет людей, — пробормотал я, вспоминая, что когда в прошлый раз мы приближались к городу Светлоокого, все было иначе. Тогда в него стекалось множество паломников и страждущих, мечтающих обрести облегчение и помощь.

— Да, так что смешаться с толпой не получится, — голос магички звучал напряженно и было слышно, что сестра нервничает, и я понимал причины этого. Мне и самому было не по себе, а желание сорвать повязку и попытаться разлепить сросшиеся веки становилось почти непреодолимым, и все же мы продолжали продвигаться все ближе к воротам Солара.

— Стоять!!! — раздался раздражающий мужской голос, настолько пронзительный и мерзкий, что я скривился. Готов спорить, этот стражник обладает весьма омерзительной внешностью, наверняка, это жирный боров с бегающими глазками. — Куда и зачем?