Леонид Шадловский - Красное море

— Дальше, дальше, — поторопил его Натан.

— Тогда же Сашка создал финансово-кредитную компанию, и по нашему совету вошёл в руководство ещё нескольких структур: в компанию по управлению активами негосударственных пенсионных фондов, тоже, кстати, созданную с твоей лёгкой руки, в консалтинговую фирму «Маркетинг», в «Федеральную фондовую корпорацию»… От имени этой корпорации мы и будем подписывать договор с Израилем. И не спорь со мной. На сегодняшний день это самая серьёзная контора. Она учреждена при Российском Фонде Федерального имущества. Можешь себе представить, какие это возможности! Приватизация, аукционы, тендеры… Через эту контору реализуются даже пакеты акций «Газпрома». Так что есть, где развернуться. Через Сашку мы имеем всю информацию об имущественных торгах, о рынке ценных бумаг и биржевых сделках. Но и это ещё не все.

— Ничего себе! Я даже не знал, — обескуражено покачал головой Натан.

— Помнишь, ты начал пробивать таможенные льготы для обществ «Милосердие» и «Мемориал»?

— Да. Только я тогда не успел до конца все доработать.

— А мы это дело перекинули на Сашку. И все получилось, как по маслу. По нашей дороге потом пошли спортсмены, «афганцы», церковники… Потом мы связались с Япончиком, он помог выбить деньги из америкашек. Тоже делалось через Володина. Вообщем, Сашка-Рубль — нужный человек. Было, конечно, много и других выгодных сделок. Короче, мы поняли, что с его помощью можно пролезть в Кремль. А тут Юманов, ты должен его помнить, как-то в бане пожаловался, что зашивается на своей работе у президента. Я и посоветовал ему взять Сашку. Как видишь, не зря. Сейчас он курирует все экономические вопросы в кремлёвской администрации. Представляешь, какие возможности!

— На него положиться можно?

— Пока пахнет деньгами, он дёргаться не будет. Но я хотел не только о нем поговорить. Ты Кислого помнишь? Он сейчас президент республики Марий Эл. Так что, живём, крутимся…

— Кислый — президент?! Блин! Куда Россия катится?! Скажи честно, Сека, твоя работа?

— Я тоже к этому руку приложил. Так же как и к назначению Ротона министром по спорту и туризму. Кстати, тоже через Володина. Очень выгодный для нас человек.

Натан вытаращил глаза. Ротона, Бориса Ванюченко, он очень хорошо знал в своё время. Тот был авторитетом «подольской» группировки. Засветился Ванюченко впервые в 88-м году, когда участвовал в перестрелке между «чеченскими» и «подольскими». Потом его арестовали по подозрению в групповом изнасиловании. Но у бывшего спортсмена были высокие покровители. Вышел он из СИЗО довольно скоро. И снова засветился в кровавой разборке между бандами Харлама и Вано. Чуть позже «подольские» расстреляли из автоматов пятерых ингушей, те отказались платить в общак. И снова Ротон остался вне подозрений. Сейчас-то Натан понимал, кто ему покровительствовал и кому Ротон обязан, но тогда он ничего не знал об этом. Вскоре после этого Ванюченко стал депутатом Московской областной думы и, соответственно, обладал уже неприкосновенностью. А теперь он министр. Неплохой взлёт для уголовника. Но Натан-то вором не был, и его неприятно поразил тот факт, что к власти в России приходит обычная уголовщина. Потом он подумал, что, в принципе, и в Израиле происходит то же самое. И он играет в этом не последнюю роль. Так чем же он, Натан, собственно говоря, лучше?

— Ты что-то ещё хотел рассказать? — мрачно спросил Натан.

— Э, да ты никак расстроился. Из-за Володина? — спросил Сека.

— Нет. Из-за Кислого. Это ж надо было додуматься, да на нем пробы ставить негде. Он даже не авторитет. Так, шестёрка.

— Так ведь и Марий Эл — не Канары. Не переживай. Там все нормалёк. Я вот о чем хотел ещё поговорить. Ты слышал, что на Сейшелах недавно приняли новый закон?

— Да, краем уха. Только какое это имеет к нам отношение?

— Ну, ты даёшь! — восхитился Сека. — Под носом выгоду не видишь. Закон гарантирует иностранным инвесторам иммунитет от преследования полицией любой страны мира в обмен на уплату десяти миллионов долларов. Такой взнос предоставляет им дипломатический статус и сейшельское гражданство. Более того, правительство гарантирует защиту их активов на Сейшельских островах, если какой-нибудь иностранный орган власти попытается конфисковать их. Он также предусматривает «экономические и таможенные стимулы» в случае, если будут сделаны дополнительные инвестиции. Короче говоря, нам предлагается «зелёный свет» для ведения бизнеса на островах, — все это Сека выпалил на одном дыхании. — Во, я даже наизусть выучил!