Беверли Бартон - Выход из мрака

Чем ближе он подходил, тем больше выхватывал из темноты лунный свет его крупную, широкоплечую фигуру. Казалось, он поднялся с кровати второпях. Волосы его были спутаны, рубашка не застегнута. Каждый дюйм его большого тела дышал грубой мужской силой.

Лейн замерла, словно олень, попавший в свет фар приближающейся машины, сознающий, что его ждет, однако неспособный бежать от опасности. Страх боролся у нее с желанием. Разум предупреждал, что надо бежать, но тело умоляло остаться, дать волю чувствам и принять неизбежное.

— Лейн. — Джонни Мак ласково произнес ее имя.

— Нет, нельзя. — Она неуверенно шагнула назад.

— Можно.

Он двинулся к ней, но внезапно остановился, потому что она продолжала пятиться от него, ее силуэт быстро исчез за завесой свисающих веточек ивы.

— Ты не понимаешь.

Когда ее спина уперлась в ствол дерева, Лейн остановилась, дыхание ее стало быстрым, трепетным. Она поймана в ловушку. За спиной дерево. Расстояние между ней и Джонни Маком неумолимо сокращается.

— Объясни. — Джонни Мак оперся одной рукой о ствол над ее головой.

Он близко. Очень близко. Лейн закрыла глаза, чтобы не смотреть на него. Как, глядя на Джонни Мака, рассказывать правду о браке с Кентом. «Трусиха, — упрекнула она себя. — Рано или поздно тебе придется ему выложить, какой глупой, наивной дурочкой ты была. И какой жалкой, беспомощной позволила себе стать до того как освободилась».

— Я вышла замуж за Кента девственницей. — Она открыла глаза и взглянула на выражение лица Джонни Мака. Он скривился, будто от боли, потом с трудом сглотнул. — Я мечтала, что мой первый сексуальный опыт будет с тобой.

— Мне тоже хотелось этого. — Джонни Мак поднял другую руку и коснулся ее лица. Нежно. Неуверенно. Словно боялся, что она сорвется с места и побежит. — Ты не представляешь, как мне хотелось быть у тебя первым.

— У нас с Кентом всегда было неладно. С самого начала. А потом… — Лейн глубоко вздохнула, собираясь с душевными силами, бывшими почти на исходе. — К тому времени, когда Уилл начал ходить, я перестала делить ложе с Кентом. Мы бывали в связи, лишь когда он меня принуждал.

— То есть насиловал? — Джонни Мак отдернул ласкающую руку от лица Лейн и сжал в кулак.

— Да, принуждал. И всякий раз говорил, чтобы я представляла, будто это ты, что знает, что я всегда поступаю так. Я никому не рассказывала о жестоких манерах Кента. О них никто не знал, кроме Лилли Мэй. Она догадывалась о правде. И поклялась, что убьет его, если он еще прикоснется ко мне.

Лейн отскочила от дерева, от Джонни Мака и побежала к кромке воды.

— Лейн!

Джонни Мак пошел за ней, но когда она остановилась и повернулась к нему, даже не попытался коснуться ее.

На горизонте разливалась многоцветная заря пастельных тонов, говоря о наступлении утра. Мягкому ночному теплу предстояло всего через несколько часов смениться августовским пеклом, душной, влажной жарой. Прохладный ветерок от воды днем и ночью поддерживал температуру возле реки на несколько градусов ниже.

Лейн подняла глаза на Джонни Мака, но ей казалось, что она смотрит сквозь него в прошлое, когда была женой Кента. Когда была в его власти и стыдилась сказать даже родителям, в какой кошмар превратилась ее супружеская жизнь.

— После того как он принудил меня в третий раз, я сказала ему, что, если еще приблизится ко мне, убью. Лейн глубоко вздохнула. — И купила пистолет. А ты знаешь, что я всегда терпеть не могла оружия. Потом пригрозила ему разводом. Я вправду собиралась пойти на это. Но потом папа погиб в автокатастрофе, и мне почти два года приходилось заботиться о матери. А Уилл все еще любил Кента. Поэтому мы почти все время просто жили каждый своей жизнью. Так нам обоим казалось проще.

— Как ты могла оставаться с ним в браке после того, что он делал с тобой?

Не прозвучал ли в голосе Джонни Мака упрек? Не осуждает ли он ее за то, что не развелась раньше с Кентом? Теперь ей было ясно, что с тем браком нужно было покончить задолго до того, как она это сделала. Но тогда она считала, что поступает правильно.

— Я оставалась женой Кента до того, как Уиллу исполнилось десять лет, потом наконец поняла, что мой брак причиняет ему гораздо больше страданий, чем причинит развод. К тому времени Кент уже так пьянствовал, что даже мисс Эдит согласилась — мальчику будет лучше со мной. И она платила мне алименты вместо сына.

— Выходит, все, что ты делала последние пятнадцать лет, делалось только ради Уилла. — Джонни Мак покачал головой, словно пытаясь отрицать очевидное.