Китлинский - Клан – моё государство.

– Вы знаете, сэр Александр, действительно от слова советский веет какой-то угрозой.

– Холодная война. Во вторую мировую были русские армии. Русские офицеры. В "холодной" войне поменялись акценты. Советская угроза. Советские ядерные ракеты.

– Это так. И потом, я знаком с русским князем Ростопчиным. Прекрасный человек. Раньше даже не думал об этом.

– Знаете, сэр Джон. Мне не хочется это всё ворошить, имею в виду ложь, которую обо мне распространяют. Здесь сошлись интересы. А другого средства в конкуренции у них нет.

– Значит, они просто пытаются вас опорочить?

– А вы как думаете? У них монополия трещит по швам. Они удавить меня готовы, не то что оклеветать, но боятся. Я им зубы показал, и они притихли, но избавиться от моего присутствия ищут возможности. У них связи, и на рынке они без малого тридцать лет, а я без году неделя, как заноза для них. Нормальной конкуренции им не выдержать – крах. Да и не этого они боятся, при банкротстве вскроются их сомнительные делишки, это уже большее зло для них.

– Теперь понятно.

– Им со мной договориться бы надо. Не могут. Не хотят. Гордые. При таком договоре они все вне игры, у меня на них компрометирующие улики. Я им дал возможность самим себя тянуть в пропасть, и они это делают хорошо. Сами себя измажут.

– Сэр Александр. Вы наркотиками не занимаетесь?

– Это общая боль для всех. Мой бизнес лежит вне этой сферы. Только производство. Есть ещё кое-что. Но не уголовное. Наркотиками я занимался косвенно. Подпольно финансировал их производство, давал кредиты под высокие проценты, но в моём легальном бизнесе эти средства не осели. На эти средства, заработанные на стороне, я покупаю оружие для тех, кто сам не имеет возможности приобрести, но нуждается. И это отнюдь не прокоммунистически настроенные группы.

– Вы создали информационный рынок.

– Да. Это дорого стоит. Целые состояния зависят от того, как правильно поступить. Моё бюро сейчас лидер, пока, правда, нелегальный. Но все легалы кормятся у меня, приходят всё больше и больше, все довольны качеством нашей работы. А за данные по Советскому Союзу готовы платить большие деньги, только дай точный прогноз, а он у меня есть. Мои аналитики ценнее любого политика, они от мелочей до крупных государственных изменений могут дать оценку. Генри Киссинджер со своими прогнозами по Союзу – карлик в сравнении с ними.

– Ваше агентство в Цюрихе?

– Хотите получить консультации?

– Если это возможно, я хотел бы послать своего человека.

– Пожалуйста. Цюрих. Юридическая фирма "Европа Гелакси". Присылайте. Я распоряжусь, чтобы вам подготовили данные. Мы ведь не всем даём правду, сами понимаете, не все в ней нуждаются. Работает круглосуточно, в здании страховой компании "Ликкеринг". Скоро отстроимся и переедем. Месяца через два.

– Вы серьёзно окопались.

– Обзавёлся. Слишком огромен риск в бизнесе. Без него нельзя, но лучше его исключить из начальной стадии, чем потом локти кусать.

– Сэр Александр, куда вас подвезти?

– За поворотом высадите. Вот вам номер моего радиотелефона. Позвоните, когда возвратится ваш друг. До свидания.

– У вас разве нет охраны?

– Зачем?

– А опасность?

– Привыкаешь ко всему. И к риску быть убитым тоже. Вам известны средства, кроме подземного бункера, дающие гарантии от нападения?

– Пожалуй, вы правы. До свидания.

Завершив дела в Англии, Сашка вернулся в Швейцарию. Вслед за ним приехал Эдвин Купер.

– Александр, Кириллов в Женеве. Прибыл с группой сотрудников комитета безопасности и прокурором, имеет ордер на твой арест, но к властям пока не обращался. Его люди ищут тебя.

– Хорошо, Эдвин. Там много наших ими занимается?

– Нет. Вольно ходят. Только в отелях их контролируем: когда уходят, когда приходят.

– Молодец. Фото сделали?

– Вот,- Эдвин подал пачку фотографий.

– Интересный состав. Хохмачи, развеселили.

– Как быть? Они все с липовыми документами. Кроме следователя по особо важным делам. Может, выдать их властям? Или в багажник – и вывезти в Италию?

– Дались они тебе. Пусть на Альпы поглазеют. Больше у них такой возможности не будет. А ордер на арест у кого и на чьё имя?

– Ордер у Кириллова на имя Крестовского.

– Они считают, что могут меня взять под чужим именем?

– Ещё какую-то гадость имеют. Что-то вроде психотропа.

– Тогда сгребай всех в фургон, кроме следователя, а этого субчика, Кириллова, возьмите отдельно. Привезёшь на границу сам, там меня дождёшься, а остальных перебрось и документы отними, пусть до консульства в Милане пешком топают.