Китлинский - Клан – моё государство 2.

– Он покупал землю под именем Томпсон, как британец.

– Это ещё ни о чём не говорит.

– Тебе нет, а мне да. Он не чист на руку, твой друг. Это называется: подпольная торговля недвижимостью по фальшивым документам.

– Кери, если это был подлог, зачем ему сознаваться тебе в том, что он покупал, а твой отец оформлял его сделку?

– Не знаю. Я просмотрю старые документы сегодня же.

– Не имею ничего против, ищи. Только не надейся на успех, Александр не из тех людей, кто оставляет следы.

– Ты сильно ему доверяешь?

– Больше, чем можно себе представить.

– Вот даже как! Вы давно знакомы?

– Давно. Около двадцати лет,- тут Вильям солгал, не моргнув глазом.

– В чём же выражается твоё доверие к нему?

– Он единственный, кто предупредил меня о неблаговидных делах моих сотрудников пять лет назад. Помнишь о скандале?

– Я знаю об этом из газет.

– Так вот. Александр узнал об этом случайно, причём там, в Азии и как истинный друг меня предупредил, а когда мне было плохо, я готов был смыть позор пулей, он бросил свои дела и прилетел поддержать меня. У него был такой разговор с моим братом Джоном, что у меня волосы встали дыбом.

– Джон тут при чём?

– Инспекторы банковского союза знали о махинациях. Александр был в ярости, на брата было больно смотреть. Это ведь позор на всех и в первую очередь на её Величество.

– Твой друг имеет доступ к королеве?- у Кери был обескураженный вид.

– А ты как думаешь?

– Мне трудно в это поверить!?

– Он может посетить королеву в любое время, и он один из немногих, кого королева слушает.

– Значит, он разведчик!

– Он – бизнесмен.

– В бизнесе тоже надо быть разведчиком и может быть больше, чем в политике,- парировала Кери.

– Теперь ты убедилась?

– Да, но бумаги всё равно подниму.

– Сделай милость. Мне даже интересно, каким ходом он провёл твоего отца.

– Вильям! Ты шутишь! Мой отец был честнейшим человеком.

– Кери, не тешь себя иллюзиями.

– Ты обвиняешь в чём-то отца?

– Нет, Кери, но я знаю Александра. Если и было что-то не так в той сделке, то не с его стороны.

– Давай не будем сейчас выяснять, а то испортим вечер друг другу. Я всё проверю, и мы поговорим,- предложила Кери.

– Согласен, дорогая,- Вильям поцеловал Кери в щёку,- но помни, только Александр может помочь сломить отрицательное отношение моей семьи к нашему браку.

– Даю тебе слово, что сделаю всё чисто. Возможно, ты прав и у моего отца мог возникнуть соблазн,- Кери знала, что отец позволял себе мелкие махинации, но участия в крупных афёрах, избегал. Это было не по его правилам.

На следующий день Сашка поехал к Ламбергу, с которым он не виделся пять лет. Мирские заботы Семёна Ивановича не интересовали, он делал науку, колдуя над колбами и сепараторами. Встретил Сашку спокойно.

– Чем порадуешь, Иванович?- спросил Сашка, плюхнувшись в кресло.

– По твоему минералу отработали технологию извлечения. На месте добычи будем делать превосходный концентрат, а доводить придётся тут, в Европе. Это единственное, чем могу порадовать.

– Геннадий Фёдорович Курский был у вас?

– Отпаивали через каждый час. Ты, Александр, имеешь удивительное качество – нюх. Теоретические разработки Геннадия Фёдоровича – ценнейшая вещь. Ведь то, что мыслят в закрытых НИИ от наших глаз скрыто. Монстрик наш рухнул неожиданно негаданно, ты знаешь об этом. Я хвастанул тебе и вот результат,- Иванович хмыкнул что-то себе под нос.

– Разве это рухнуло? Коротко живущий монстрик это тоже этап.

– Для тебя может быть, а для меня нет. Опозорился малость. Хорошо, что мы не стали делать из него детали на спутник, пропали бы огромные деньги, и я себе этого бы не простил.

– Дело совсем затормозилось?

– Нет, конечно. Ищем по всем направлениям стабильное звено. Ошибки, что допустили, исправляем, вывели попутно ряд новых материалов интересных. Вообще-то получилась бесконечность и в ней методом проб и ошибок идти нельзя – взлетим на воздух. Опасность разложиться на атомы более чем реальная.

– Вы рискуете больше всех тут.

– Александр, твой риск для меня более страшен, чем мой для меня. Мой враг невидим и не различает, кто перед ним, главное не ошибаться в прогнозах и потом, он не обладает разумом. Твой с мозгами, изворотливый, его надо держать на дистанции и при этом не выпускать из вида. Для меня самое страшное это рост расходов. Это ужасно. Я даю запрос можно ли такую сумму, а мне ответ всегда приходит один и тот же: да. Если с вами что-то случится, а вы это финансы, которые я бессовестно просераю, я буду сидеть, как последний нищий попрошайка. Без науки мне не жить.