Китлинский - Клан – моё Государство 5

Через час Левко и Рыбкин вместе покидают генеральную прокуратуру.

– Вас подвезти?- предлагает Левко.

– Ну, если вам не трудно,- Рыбкин усаживается в автомашину.- Заранее вам спасибо.

– Принимаю.

– Позвольте дать вам дружеский совет?

– Я весь внимание.

– В этом заведении,- Рыбкин машет рукой в сторону здания генпрокуратуры,- не любят наездов. Мне кажется, что вы вели себя не очень тактично. Они последнее время не в себе. У них машина буксует. Те, кого они привлекают, стали нищими. Доллары пропали, а садить – все лагеря переполнены.

– Я беру сказанное вами к сведению. Для меня это поучительно. Весьма признателен. Извините за нескромность. Вы с экс-президентом не видитесь?

– Бываю в гостях. Раз в неделю. А почему вы интересуетесь?

– Я видел его дочь в предбаннике для передач в Лефортово. Я же адвокат и бываю там частенько. Кому она носит? Как мне известно, Татьяну осудили полгода назад и в Лефортово её нет.

– Она готовит посылки для всех кто там, и бывал у них дома. Изумительно аполитичная женщина и милосердная.

– Вот как!!! Никогда бы не поверил. И давно?

– С первых арестов.

– Что вы говорите?!! Право я смущен!- Левко остановился на светофоре.- Пожалуйста, поднимите стекло. Весна тёплая, но лечь в могилу мне не льстит.

– И ваша работа сопряжена с риском,- Рыбкин поднимает стекло.

– Могут бросить при остановке в таком месте лимонку в салон, а ГАИ требует быть пристегнутым ремнями, так что выскочить не успеешь. Если бы эти ремни спасали от ударной волны и осколков, пуль – цены бы им не было.

– Часто угрожают?

– От дела зависит. То, которое нас случайно свело в прокуратуре, мне не по душе, но… кто-то же должен защищать от произвола, от лжи, от безосновательного подозрения. Вот вы были под следствием и в изоляторе, а кто вам возместит моральный и материальный ущерб?

– Мне никто.

– И подавать – забудь думать. Затаскают. Подошлют дебилов, которые изобьют до полусмерти. Ведь так?

– Это прекрасно, что мы об этом знаем и не рыпаемся. Даже если все обиженные на их действия подадут, то они отыщут тысячи причин, чтобы нам не отвечать и ничего не рассматривать.

– Президенты приходят и уходят, а главная российская проблема остаётся. Кстати, как у Бориса Николаевича со здоровьем?

– Не жалуется. Сам ходит по магазинам. От охраны отказался. На сердце не жалуется. И психологически всё уже пережил. А вам сколько лет?

– Двадцать четыре.

– Вы молоды и у вас всё впереди. Юридический?

– Как водится.

– А служба?

– Нет. Я откосил на полную катушку.

– И зря!

– У меня перелом спинных позвонков. И не шуточный. Пятый заменили на искусственный. Мой отец был дипломатом. В Швейцарии. На меня наехал автобус туристический. Если бы это случилось тут – пожизненно катался б на инвалидной коляске. Мне тогда было семнадцать. Вот так и получил белый билет,- Левко умел сочинять на ходу и что угодно.

– А теперь ваш отец, чем занимается?

– Сидит. Ему дали двадцать.

– Воровал?

– Подворовывал. Скрывать не стану.

– На вашей жизни это не отразилось?

– Я когда поступил на юридический, жил в Москве в общежитии. С мачехой были у меня нелады.

– А мама?

– Она с каким-то миллионером ещё в 1988 году смылась. Отец женился вторично.

– Злая была?

– Мать?

– Мачеха.

– А, эта, нет. Нормальная.

– Почему нелады?

– Никого в гости не зови, гулять не ходи, в носу не ковыряй, носки меняй. Достала она меня, и я сбёг в общагу. Её тоже посадили. И тоже на двадцать лет.

– Письма пишешь?

– Нет. И посылок не посылаю.

– Давно адвокатом работаешь?

– Второй год. Сначала сидел в адвокатуре. Занимался всем, что другие мне поручали. В июне прошлого года пригласили в концерн. Я окончил в Швейцарии престижную школу, владею пятью языками свободно. А у них контракты с немцами, французами, англичанами, итальянцами. Но теперь я не адвокат, а юрист. Веду юридические дела концерна.

– Я про такой ничего не слышал. Как он называется?

– "Крестовский-Хаят". Хаят через чёрточку.

– Нет, не приходилось слышать.

– Это в Хабаровском крае.

– Далековато. Чем занимается?

– Добыча и переработка руд, извлечение металлов, строительство гражданских и промышленных объектов.

– Название интересное. От фамилии президента, да?

– Да нет. Крестовский – название ключа. Речушки. Хаят – на местном диалекте означает хребет, горы.

– Топонимика.

– Ага. По этому ключу ходили первопроходцы, основавшие когда-то город Охотск. Шелехов, знаменитый купец и предприниматель, по этому пути изволил не раз следовать. Строил фактории, промыслы.