Китлинский - Клан – моё Государство 5

– Да.

Придвинулся Петро.

– Александр, я пойду с тобой.

Ещё вызвались два молодых стрелка и Эскулап, который лишь кивнул Сашке, что значило его участие в проекте. Больше соваться смерти в пасть никто не пожелал. Впятером стали готовиться. Из толпы осужденных вышел лет тридцати мужик и крикнул:

– Мне можно?

– Иди, коль жизнь не дорога,- ответил ему стрелок.

– У меня вечный срок. Не всё ли равно, где и когда прибьет? Сегодня здесь или завтра где-то. Гори оно всё синим пламенем,- осужденный стал облачаться в спецовку.

Когда шестерка исчезла в зеве, лагерь сел на корточки. К группе стрелков подошёл старый зек, и сказал:

– Давайте и нам работу, хозяева.

– Как рассвет бацнет, потащим на сопку буровые станки. Лебёдки устанавливать времени нет. Точите концы ломов и кирок. Надо будет сделать ровные площадки,- ответил ему горняк.

– Полсотни за ломами. Быстро. Десять человек на цех за напильниками. Остальным пока быть тут,- дал команду зек толпе и остался стоять возле стрелков.

Полчаса шпурили дыры под взрывчатку. Всё это время кровля позади шестерки дышала, готовая вот-вот обвалиться. С потолка сыпались мелкие камешки и песок. После закладки зарядов Сашка сказал:

– Десять минут перекур и пять минут на молитву.

Позицию заняли под проходческим щитом. Взрыв ухнул и сразу вслед ему пошла кровля. Выскочили из-под щита и как стайеры пустились по галерее к месту взрыва, не обращая внимания на падающие на плечи и головы камни. Добежали все и прижались к стенке. Всё скрыла пыль. Трещало и рушилось минуту. Час сидели не шевелясь. Когда пыль немного улеглась, Сашка подсветил фонарём провода внутреннего телефона, соединил концы со своим и набрал. Снаружи ответили.

– Федотыч! У нас всё нормально. Оторвали метр стены. Кровля упала в десяти от нас. Пробуй дать нам продувку.

Двадцать минут ждали, но нигде в трубах не зашипело.

– Амба!- констатировал Сашка.- Берите баллоны. Петро! Сверлим на ползаряда, а то сядет прямо на наши бестолковки.

– Может, в четвертинку пойдём?- предложил Петро и аргументировал:- Нам половинка на десять метров дальности головы отрежет.

– Отсидимся вон за тем булдыхаем с открытыми ртами. Вставляйте в ухи пробки и надевайте наушники, хоть, думаю, они нам мало помогут. Месяц глухоты гарантирован, если выживем. Приступаем.

Закладывали семь раз. И семь раз подвергались атаке камней от взрывов и тех, что сыпались с кровли. Серьёзных повреждений никто не получил, отделались синяками. Главное, что выдержал участок кровли. После седьмого взрыва открылась узкая брешь, в которую можно было пролезть. Только в неё собрался втиснуться один из стрелков, как появилась голова с безумно выпученными глазами и перекошенный рот что-то заорал. Следом появились руки, и человек попытался влезть к ним. Опешили все кроме Сашки. Он ударил по протискивающейся голове ботом, и она мигом скрылась в отверстии. Что голова орала никто не разобрал. Сила взрывов всех оглушила. Сашка подтолкнул стрелка к щели и показал, чтобы тот с той стороны не церемонился и если надо бил наотмашь. Тот кивнул и полез. Вскоре на ту сторону просочились все кроме Петра. Он был достаточно габаритным, и протиснуться не смог. Сашка на пальцах показал ему, чтобы ждал пока. Петро выставил большой палец.

Со стороны отрезанной галереи было раздолье. У стены сидели пятеро. Стрелок показал Сашке один выставленный палец и один согнутый, что означало: один плохой и с ним остался здоровый. Сашка пошёл по галерее, освещая потолок фонарём. Трещины были и тут. Идти до забоя он не стал, не имело смысла. Вернулся, достал мел из кармана и на стене написал для стрелка.

– Лезь к Петру. Созвонись с Федотычем. Пусть кинут по телефонному 127 вольт. Будем долбить вручную. Тут такая же хлипкая кровля, как и с нашей стороны.

Стрелок исчез. Второму стрелку Сашка показал на Эскулапа и одного из пятерки осужденных, чтобы тихонько шли в сторону забоя.

На освобождение Петра ушло пять часов. Кололи в очередь по десять минут. В забой притащились еле живыми. Там Эскулап на вахтенном журнале написал:

– Я его прооперировал. Жить будет. Сломано два ребра. Одно пробило плевру легкого, но опасности нет.

Так закончились первые сутки пребывания под землёй.

На вторые сутки резали трубы в галерее и перетаскивали в забой. Утром четвёртого дня в галерею пришёл бур. В отверстие с грузом подали многожильный провод для запитки и телефон.