Китлинский - Клан – моё государство 3.

– Ну, зачем вы так?!!

– Да потому, что все пекутся о её благе и в то же время без зазрения совести тащат из неё.

– Так и вы это делали регулярно.

– Я тащу не для того, чтобы укрыть. Не от жадности так поступаю. Я вложить здесь не могу. Даже неофициально.

– Почему?

– Растащат всё до последнего колышка, а отстреливать головы своему народу – не хочу.

– Этот бич ещё никто не победил.

– Нет, я вкладываю. Выборочно.

– Вы по Сергееву не ответили.

– Помню я о нём. Оттягиваю время. Сможете ли вы понять?!

– Так сильно запутано?

– А вы знаете, кто он был?

– Он держал за яйца всех. Даже нас в какой-то степени.

– Вот я ему и предложил сделать в стране реформу.

– Сталинский вариант?!!

– Ну, а какой ещё можно порядок на уши и руки навесить властвующему сословию? Вон они разгулялись во всю ширь российскую, что творят не ведают, а к ответственности их не дозовёшься. Убивать, убивать, убивать. Только так. Страшно?

– Честно говоря, да!

– И он не согласился. Смерть выбрал сам. Он умный был мужик. Понимал, что после меня к нему придут другие с тем же предложением, всё счёл и застрелился.

– Сколько вы намечали убрать?

– Тридцать тысяч.

– А не покатилось бы дальше?

– Тридцать – это тридцать. Лучше тридцать тогда, чем полмиллиона теперь. Разницу чувствуете?

– Как вам ответить?! Тоже ведь человеки.

– Ваши предшественники так не считали.

– Не давите на мозоль. Вы конечно правы.

– Только Сергеев отказался от участия не по причине большой крови.

– А почему?

– Не смог он себя перебороть. Честь и совесть превыше всего. Он не хотел становиться в глазах своих соратников предателем.

– Ясно. Вы не боитесь, что всю Россию разворуют?

– Вот этого я боюсь меньше всего. У нас столько есть, что не утащить. Особенно под землёй и в мозгах. Это главный капитал. Всё остальное гавно. Заводы, что ныне делят, лязгая зубами – гавно, собственность в центре Москвы – гавно, "Газпром" – гавно, "Автоваз" – гавно. Всё в этой стране – гавно. Ибо нет ни одного рентабельного предприятия. Заводики можно поставить быстро, опыт имеется в мире огромный. Но ставить надо на гибкое производство, под конкурентоспособную продукцию. Пусть воруют. Потом они все в собственной крови утонут. Народ не умеет у нас прощать. Он всё припомнит по случаю.

– У вас отличные прогнозы. Что будет в стране, можете нам поведать?

– Изберут двухпалатный парламент. Он будет не лучше прежнего. Люди там останутся те же, что и были. В нижней появятся новые морды. Организуется несколько фракций, каждая от себя в довольстве, а законов умных принимать снова не будут. Кто станет присутствовать в верхней палате, сами знаете. Но теперь они уже не карманные. Конституция сырая и по ней у всех ветвей власти ноль полномочий. Так и поплывем, ни шатко – ни валко. Субъекты потащат одеяло к себе, центр проявит желание оставить у себя. К выборам в 1996 году всё будет совсем плохо. Популярность президента маленькая уже теперь, но, думаю, что на второй срок он пролезет. А вот кто будет за ним следующим – это вопрос. Из серьёзных претендентов пока на горизонте только один. Зюганов. То, что теряет Ельцин, подберёт он. Если президент во второй срок правления не проявит зрелости и не разгонит дармоедов из Кабинета Министров, тогда следующим президентом будет на все сто процентов Зюганов.

– Считаете, что промышленность не поднять?

– Под рыночную модель – нет. Это невозможно. Основ нет для нормального развития.

– Вы за рынок земли?

– Обязательно и в первую очередь. Ну, какая без земли приватизация?!! Пустой звук. Но и землю приватизировать без инвестиций нельзя.

– Это намёк на замкнутую систему!!

– На закрытую. Со своим, пусть на первых порах дико перекошенным, но ценообразованием. Кстати, в развитых рынок перекошен значительно не только по отдельным товарам, но и по целым отраслям. И именно ценообразованием. Хвалёное сельское хозяйство США – умелое использование цены и дотаций.

– Получается, что вы во всём вините Горбачёва. Так?

– И вас. Это вы его снабжали дерьмовой информацией. Вместо того, чтобы расстреливать гадов, он с вашей подачи попёрся на Запад за кредитами, а тут организовал съезд. Да в нашей стране вообще нельзя никаких съездов собирать. Тысячу лет вперёд забудьте. Только желание развалить страну, может толкнуть человека на такой шаг. Все съезды – гавно.

– А двадцатый?!

– Самое большое гавно и вонючее.

– А Хрущёвская оттепель? Шестидесятники?