Китлинский - Клан – моё государство 3.

– Так говори про варианты! Что тянешь?!- потребовал Проня.

– Про один скажу, а про второй нет. Слишком будет жирно. Я там нашёл корневища огромных сосен. Оказывается, остров был в древности полностью ими покрыт. Они тесали и устанавливали до тех пор, пока не извели весь лес. Ясен вам намёк?

– Мне да!- отозвался Вильям.

– А мне нет,- упрямился Проня, хоть давно понял, как эти островитяне перемещали свои статуи.

– А ещё утверждают, что мы, британцы, консерваторы!- язвительно заметил Вильям.

– Мне, правда, дороже. Не станешь ведь ты, Саня, утверждать, что так же поступали и египтяне при перевозке своих блоков для строительства пирамид. Как быть в этом случае?- настаивал Проня.- У них леса не было.

– Лес был и у египтян. Но они его для транспортировки не использовали. Пирамида Хеопса – это фикция. Блоками обложили скалу, потом сделали из блоков стены, которые засыпали песком и вывели в высь. Среди проектантов были чудотворцы строительства. Полости с песком, кстати, есть во всех пирамидах. Если бы они всё делали, как положено, то блоков надо было бы в два раза больше. Вы знаете, как они эти блоки поднимали?- Сашка зевнул.

– Противовесами,- ответил Вильям.- Про это знает каждый школьник. Есть древние рисунки на стенах.

– И противовешивали мешками с золотом, да?!- Сашка вознес руки к небу.- Обсерешься так поднимать. Ты видел, какой у пирамид уклон крутизны? Вот вторая моя догадка на острове Пасхи касалась механики установки или подъёма тяжести на высоту. Египтяне до этого додумались, а блоки перевозили примитивно. Знали колесо. Обкладывали они их и катили. Оторванные от цивилизаций островитяне умели поднимать тяжести огромные, но способа колеса не знали, а догадались так перемещать свои статуи, что я вам этот способ объяснять не хочу, настолько он от земли,- Сашка стал укладываться.

– Да чё ты скрываешь-то, Сань? Мы ж свои тебе люди в доску,- умолял открыть секрет Проня, тоже залезая в свой спальник.

– Не могу. Пари у меня с одним человеком. Спор на бочку коньяка. Если ты догадаешься – тоже выставлю. Отбой! Нам рано вставать.

Вильям долго не мог уснуть. Он смотрел на большие звёзды, мерцавшие в небе, вдыхал чистый воздух, прислушивался к шорохам в тайге и журчанию воды в ключе. Ему было хорошо. Щенок начал бродить вокруг лежащих людей в поисках тёплого места, тыкаясь в спальные мешки. На него никто не обращал внимания. Вильям не выдержал и пустил его к себе. Тот, оказавшись в тёплом месте мигом уснул, забившись ему под руку.

Шестнадцать дней Сашка гнал Вильяма без отдыха к посёлку. Когда переправились через реку, связав несколько брёвен, Вильям категорически отказался подниматься на высокий берег.

– Не дури, дружище!! Последний рывок. Тридцать метров подъёма и желанная парная, свежая постель,- подбадривал Сашка, но Вильям уселся на выступ скалы со словами:

– Не могу!!

– Поднимай свои кости! Не позорь меня, себя, Британию не позорь, в конце концов. Ты же морской офицер, чёрт тебя побери!- настаивал Сашка.

– Я подаю рапорт. Хочу быть простым гражданином мира,- бормотал Вильям.

– Бывает хуже!- Сашка подхватил его, перекинув его руку себе через шею и потащил в горку. На самом верху их встретил Игорь.

– Козлина ты, Санька, безрогий! И этого довёл до полного истощения. Ну, что ты за такой урод, а? Нет в тебе чувства жалости к человеку. Мудак!- обругал брат Сашку, перехватывая Вильяма. Он донёс его до бани на руках, как ребёнка. Усадил на лавку.

– Братуха!- Сашка вошёл в баню, он задержался, чтобы подкинуть дров в печь.- Ты бочки получил?

– Да, получил. Чего ты орёшь! Я не глухой,- ответил Игорь.

– Брось эту груду костей, я ему помогу раздеться. Смотайся в порт. Мне надо на завтра три билета до Якутска. Дозвониться, блядь, не могу. Куда они все подевались? Как вымерли,- Сашка с грохотом опустился на лавку.

– Что в тебе так гремит? Как в копилке?- Игорь оставил Вильяма и направился к дверям.

– Гони, гони!- рявкнул Сашка.- Образцы это. В дороге накопытил.

– Козёл!!- бросил Игорь и вышел из бани.

Сашка не ответил ему, сдержался. Вильям, отвалившись на стену, спал, зажав в руке на груди мокрую портянку. Второй сапог снят не был. Сашка померил ему пульс.

– Однако, готов! Пульс 90 в минуту – хорошо. Темп ходьбы держал – хорошо. Вот мозги стали в конце немного барахлить – плохо. Во сне всё какую-то Мери звал – плохо,- Сашка быстро разделся, так же быстро раздел Вильяма и потащил в парную.