Китлинский - Клан – моё государство 3.

– Это понятно. Голод, эпидемии, разрушения. На войне, как на войне.

– Вот в Москве пусть и воюют хоть до последнего,- Сашка закинул в вагонетку последнюю породу.- Всё, лезем отсюда к чертовой матери. Из этой проклятой шахты.

– Раньше я не замечал в тебе пренебрежительного отношения к добровольному каторжному труду,- подколол Снегирь.

– Я, Андрей, не исключение из правил, во мне лень живёт как в любом русском. Вот тебе ещё из "Бхагават-гиты" процитирую: "Ведь если бы я, когда-либо пренебрёг исполнением долга, несомненно, все люди последовали бы моему примеру",- Сашка полез на выход.

– Ты же в эту ахинею не веришь?- залезая следом, спросил Снегирь.

– Так не в неё саму, милый ты мой. Мне на неё чхать хочется сто лет. Я верю в реальность ситуации. А истине, если она от жизни – поклоняюсь. Всего-то. И то, что сам работаю как проклятый – пример для остальных и необходимость. К тому же мне положение не позволяет делать это плохо, уважать перестанут и разбегутся. Мне уважение крайне нужно, особенно от них, добытчиков. В горном деле мы равны, пусть я где-то умнее их, но повода оскорбиться я дать не могу.

– Потому за тобой люди и идут без раздумий.

– Такие черты в себе самом надо искать и воспитывать обязательно. Вот если бы Ельцин бросил играть в эту дурацкую игру – большой теннис, а занялся проверкой исполнения своих указов, а вслед ему не стали бы выходит на корты, как обезьянки, все остальные прихлебатели, занявшись прямым своим делом – исполнением указов, может и было бы у нас нормальное общество.

– Хорошие черты надо воспитывать в том, кто умеет держать данное слово, что само по себе на грани искусства,- ответил, вздохнув, Снегирь. Они замолчали и весь путь, по узкому лазу, проделали молча.

Янг, как и обещал, устроил Елену в фирму. Два месяца она обживалась и присматривалась к сотрудникам. К ней, как она подметила, тоже весьма приглядывались. Тщеславие её было ущемлено. Сильно. Все были обходительны и тактичны, но красоты замечать никто не хотел. Ей не было сказано ни одного комплимента. Обидевшись, она пустилась на женские хитрости, чтобы привлечь к себе хоть чуточку внимания, но результата не последовало. Её продолжали не замечать. В конец расстроившись, она пошла к одной молодой сотруднице поговорить по душам и всё выяснить, будучи уверенной в том, что не внимание к ней – козни Янга. Спокойно выслушав Елену, сотрудница, улыбнувшись, ответила, что её предположения ложны и напрасны. Дело в том, пояснила сотрудница, что это секретный разведцентр и работают в нём профессионалы, у каждого из которых за плечами уйма дел по всему миру. А не ухлестывают за ней по причине прозаической: из-за желания сохранить внутреннее душевное равновесие, в любви ведь много нервных душевных затрат и переживаний, что есть расход энергетический, в их же работе надо быть всегда на высоте. Любовные привязанности снижают профессионализм, а в плохом состоянии человек не может делать работу ответственную хорошо. Вернувшись в свою комнату, Елена упала на кровать и разрыдалась. Ей стало жаль себя. За то, что дала себя втянуть в дело, как ей казалось грязное. "Теперь точно убьют",- говорил ей внутренний голос. "И зачем я сюда полезла? Разницы нет кто они, смысл один. Опасность, которая мне угрожала, выросла многократно, и я её уже ощущаю явно". Она отревелась и уснула, совсем обессилив.

Несколько дней спустя, появился Янг. Он был одет в строгий элегантный костюм и широко улыбался. Он поцеловал руку Елене, всё происходило в отделе на глазах сотрудников, которые, впрочем, не придали этому никакого значения. Елена, заметив это, вымученно улыбнулась.

– Не сладко, вижу, вам, Елена Сергеевна,- сказал Янг.

– Нормально,- ответила она, решив не жаловаться и не хныкать, а держать марку.

– Вас женщин трудно понять. То вы смеетесь, то ревете, то говорите, что всё хорошо и всё время делаете это невпопад. Меня это настораживает. Сильно. Я же примечаю, что вам не по душе и что-то вас изнутри грызет. Говорите обо всём. Обсудим. Возможно, изменим кое-что.

– С чего вы решили, что мне плохо?- чуть пожав плечами, спросила Елена.- Совсем наоборот.

– В том то и дело, что наоборот,- нахмурившись, ответил Янг.- Вы сильно изменились за эти два месяца. Сильно и не в лучшую сторону.

– Неужто появились морщины?- Елена демонстративно достала зеркальце и стала всматриваться в своё лицо.

– Кокетка вы!- иронично произнес Янг.- Идемте-ка поговорим по душам,- и направился к выходу из отдела.