Ирина Лукьянова - Конь в пальто

— Толь, это что у тебя? — спрашивает редактор отдела политики.

— Это у меня Смена Концепции.

— Дай почитать, — кричат все.

— Сейчас я вам вслух почитаю.

В смене концепции было слово в слово то, что мне уже рассказала Тамарка. Из какого, интересно, инкубатора вылезли эти молодые люди?

— Выпьем, — подытоживает Толик. — Хорошее было «Дело». Ну и я с вами тоже прощаюсь.

— Куда, Толик, куда?

Он загадочно пожимает плечами.

О, как я хочу работать в журнале «Веселые картинки»!

Вечер. Все разошлись. Ушла даже уборщица, погудев пылесосом. С детьми сидит мама, я им звонила, они уже укладываются спать. Я допиваю пятый стаканчик кипрского полусладкого, вылив туда остатки из последнего литрового пакета. Наташа уже выбросила мандариновые шкурки, упаковки из-под нарезки и банки из-под оливок с миндалем. Мы собрали и выкинули стаканчики, вытерли липкие лужи и закрыли Толиков кабинет. Наташа умчалась отпускать няню. Никого нет. Темно. В почтовом ящике в аутлуке нет писем, на мейл.ру тоже нету, на новостных лентах нет новостей, на улице идет снег большими хлопьями. В банкомате нет денег. На посту нет охранника. На остановке нет транспорта. Я одна на белом свете. Снег вихрится под фонарями. Я пытаюсь взлететь, но остаюсь крепко прижатой к земле. Я бреду две остановки до метро, и в голове шумит красное кипрское полусладкое, и сверху сыплются хлопья, и мне еще ехать до дома час двадцать минут. В темном метро и на долгом троллейбусе, если повезет — в маршрутке. Зимой я даже летать не могу. Но я все равно уйду с этой работы.

Ставок нет

Я позвонила в три знакомых редакции, но у них нет ставок. Разослала резюме в четыре незнакомых редакции, но разве я сама не читывала таких резюме! Повесила его на job.ru, но никто не позвонил. Почитала вакансии: редактор в корпоративное издание, нужно знание нефтедобычи и нефтеобработки плюс весь издательский процесс, полторы тысячи баксов в месяц. Ну я, допустим, свои нефтедоллары на этом и получала, но корпоративное издание… Я могу. Я умею. Я не хочу. Не в том дело, что я не могу добывать нефтедоллары. Могу и умею. Проблема только в том, что в процессе их добычи я схожу с ума. Я продержусь и прокормлю семью, но я снова начну плакать некстати и бояться. Отчего-то это со мной всегда бывает, когда я занимаюсь не своим делом. Я столько разного могу и умею, почему же я непременно должна заниматься не своим делом?

Читаем дальше. Девушка до 25 лет с опытом работы главным редактором, в элитное интерьерное издание, от двух тысяч в месяц. Господи, где же берутся девушки до 25 лет с опытом работы главным редактором?

Плюнув на интернет-поиски, я обзвонила десять друзей и бывших коллег — все говорят, пиши внештатно, ставок нет. Я даже обратилась (от отчаяния) в рекрутинговое агентство, с которым задружилась во время работы в «Деле» (предложили должность в корпоративном нефтяном издании). Я даже попросила Серегу. Серега сказал: я сам скоро работу потеряю.

Очень хорошо.

Красивый жест я сделала, из «Дела» ушла, а куда я трудовую книжку положу? И что я буду делать? Работать фрилансером — это хорошо смотрится на страницах «Космо». На практике это означает — никаких гарантий, а деньги — как Бог пошлет. Одно не напечатают, другое сократят, про третье забудут, четвертое не понравится, а пятое будут три месяца сбрасывать из номера при переборе полос, и напечатают через полгода, а заплатят через восемь месяцев, когда я не только умру от голода, но даже еще немножко сгнию в могиле.

Я не хочу быть внештатником! Я хочу числиться в штате и получать оклаааааад!

«Труба» закрывается. В «Знаке» по-прежнему ждут моих материалов (возвращаются все, кто не сошелся во мнениях с Валентином и Рафаилом), но ставки не предлагают. Гонорары так себе и четыре материала в месяц, не больше, если считать по полтиннику штука — это двести в месяц.

Рерайтинг для научно-популярного журнала. Сто баксов в месяц можно заработать. Переводы для сайта «Популярная философия». Гроши, но стабильно. Раз в два месяца — статьи в мамский журнал. Приучение к горшку, как научить есть ложкой. Я это все на фиг уже забыла, но надо вспомнить, если хочется есть. Они меня уже три раза обманули, но ничего не поделаешь.

Две газеты, «Новый век», посерьезнее, и «Полдень», попроще. С каждой — по сотне-полторы, если очень постараться, в месяц можно взять. Итого: 16 тысяч рублей в месяц на троих. До сих пор было двадцать пять, чистой потери девять тысяч. Ощутимо.