Кристофер Бакли - Зеленые человечки

– Позже я ненадолго уйду, – крикнул он.

– С чего это вдруг?

– Сегодня мне позвонил человек. Как гром среди ясного неба. Сказал, что работает на правительство и может предоставить мне информацию, что они исказили сигнал со спутника. Его доводы показались мне убедительными. Мы договорились о встрече. Понимаешь, он утверждает, что может снабдить меня доказательствами, достаточными для того, чтобы обратиться в прессу.

Роз появилась в дверном проеме, держа в руке деревянную ложку для салата. Ее короткие светлые волосы были спутаны. Очки делали ее похожей на школьницу. Никогда прежде Банион так не вожделел. Пожалуйста, сжалься надо мной, молил он в душе.

– А ты уверен, что этот человек – не мошенник?

– Уверен. Он говорил так убедительно. Иногда просто чувствуешь такие вещи… – он улыбнулся, – даже если ты старый занудный англосакс.

– Не думаю, что тебе следует с ним встречаться.

– Что ты, я не могу не пойти. У этого парня есть доказательства. Я добуду их во что бы то ни стало, и ничто меня не остановит.

– Мне кажется, это ловушка.

– Почему?

– Кажется, и все. С чего это вдруг кому-то из правительства вздумалось тебе помогать?

– Хороший вопрос. Надеюсь, я это выясню.

Роз вернулась на кухню.

– В котором часу ты с ним встречаешься?

– В одиннадцать ноль три. Именно поэтому я и решил, что он не мошенник. Военнослужащие и работники государственных структур всегда назначают точное время встречи – во избежание путаницы. «В одиннадцать ноль три» – предельно четко и ясно.

– И где же вы с ним договорились?

– У Национального Собора, в бельведере в саду Бишопа. Очень живописное местечко. Раньше я частенько наведывался туда, чтобы побыть наедине со своими мыслями. Или когда мы с Битси ссорились… Эта беседка сложена из камней дома Гровера Кливленда. [72] Кливленд, Гровер (1837–1908) – 24-й президент США.

– О, черт…

– В чем дело?

– Я забыла пекорино.

– Это что такое?

– Один из четырех сыров.

– Ну так сделай макароны с тремя сортами сыра.

– Таких не бывает.

Роз натянула туфли и сняла с вешалки сумочку и жакет.

– Я на две минуты. Сбегаю в лавку Гриффина.

– Я с тобой.

– Нет, – она нагнулась и поцеловала его. – Ты пока прими горячий душ, – она улыбнулась. – Или холодный. Я мигом, туда и обратно. Ужин будет готов через пятнадцать минут. Открой еще одну бутылку вина.

С быстротой молнии она выскользнула на улицу. Банион пошел на кухню. Наступил на педаль мусорного ведра. Крышка открылась. Он принялся рыться в мусоре. Наконец под пустой коробкой из-под макарон Банион нашел то, что искал: скомканный клочок оберточной бумаги из гастрономического магазина на Саттон-плейс. На ценнике, помеченном вчерашним числом, было написано: ПЕКОРИНО РОМАНО.

– Пальчики оближешь.

Они сидели за столом. Мягко горели свечи. Банион выпил почти всю вторую бутылку, чтобы набраться мужества и одновременно заглушить боль.

Роз вопросительно улыбнулась.

– Твоя первая реплика за весь вечер.

– Как долго ты на них работаешь?

Она даже не подняла глаз.

– На кого?

Банион сунул руку в карман и молча протянул ей клочок оберточной бумаги ценником наверх.

– Я же помню, что покупала этот сыр. Я, наверно, выкинула его вместе с…

– Не надо. Ты пошла позвонить им, чтобы предупредить о моей встрече.

Роз положила вилку на стол и промокнула губы салфеткой. Она сидела, опустив голову, избегая встречаться с ним взглядом.

– Я решила, что ты попадешь в ловушку, – тихо проговорила она, – никто с нашей… то есть с этой стороны не звонил тебе сегодня. Я волновалась за тебя.

– Я вижу, тебе нравится, когда я то и дело попадаю в ваши ловушки, – Банион осушил свой бокал. – Ты с самого начала работала на них? Или же это больше смахивает на предательство?

– Я не могу рассказать тебе обо всем, но, прошу, не делай скоропалительных выводов. Тебе никогда не удастся это выяснить.

– Какому подразделению правительства поручено дискредитировать приверженцев НЛО? ЦРУ? ФБР? Или у нас тут задействован кто-то покруче?

– Милый…

– Пожалуйста, не надо.

В ее глазах блеснули слезы. Очень хорошо.

– Это не то, что ты думаешь.

– Надо же, какое облегчение.

– Я не могу рассказать тебе… Это секретная информация.

– Секретная? Секретная?

Она воскликнула с неподдельной пылкостью:

– Неужели ты хочешь, чтобы я пошла на разглашение секретных сведений?

– О нет, мы не можем этого допустить! – Банион вскочил, испытывая непреодолимое желание ударить ее по лицу и перебить всю посуду. От гнева и алкоголя все поплыло, как в тумане. Он подошел к камину – излюбленному месту мужских философствований. – Значит, правительство действительно сотрудничает с инопланетянами, – пробормотал он. – Ну, конечно. Правительство должно было знать. Оно не могло не знать.