Дуглас Коупленд - Мисс Вайоминг

Наутро после вечеринки с жирафом машина заехала за Сьюзен в половине седьмого. Она устроилась на заднем сиденье и стала вспоминать слова своей сегодняшней роли. Она сыграла роль. Попозировала для рекламных фотографий вместе со своими телевизионными родителями и близкими. Поругалась с Ларри и вышвырнула его из квартиры на Келтон-стрит. Прошли дни. Ее решимость исчезла. Он снова впустила Ларри. Теперь она вызывала у самой себя отвращение. Она так и не завязала никаких крепких дружеских связей за время своего телевизионного блицкрига. У нее было два варианта: вернуться к Ларри или взять курс в открытое море, но это страшило ее. Любые разговоры на тему о Дженне или разводе натыкались на кирпичную стену, и каждый раз Сьюзен заканчивала беседу все более едко произносимой фразой: «Нет уж, это ты меня прости, Ларри. У тебя ведь сейчас на третьей линии Папа Римский».

Сьюзен никогда не была выдающейся актрисой, но в начале сериала ей еще была присуща естественность, которая бросалась в глаза и хорошо смотрелась на фоне игры ее партнеров – актеров с самого детства. Однако со временем естественность поистрепалась, и Сьюзен начала все больше обращать внимание на движения своего тела, на выражение лица, на слова, которые произносила, и на общее впечатление, которое производила на публику. Сейчас она стала глядеть на себя в тысячу раз строже, чем на любом конкурсе красоты. Ее встреча с Дженной на вечеринке с жирафом открыла в сознании некий шлюз, и играть она сразу начала из рук вон плохо. «Это как если бы какая-то часть моего мозга, – говорила она Дриме, – благодаря которой я хорошо играла, вся испортилась. Она сливается с той частью меня, которая врет. Я это чувствую. Допустим, мне нужно произнести какую-нибудь простую реплику, ну вроде: „Мам, я пошла на занятия в волейбольную секцию“, – и это звучит вымученно и неправдоподобно, как будто в словах есть тайный намек. На каждом эпизоде приходится делать безумное количество дублей. На студии думают, что у меня проблемы из-за наркотиков. Актеры считают, что от славы у меня помутилось в голове. А дело в том – и Ларри это знает, – что все это из-за Дженны и из-за того, что мы продолжаем лгать по-прежнему, и это отдаляет его от меня. Я чувствую себя сбитой с толку, и от этого все делается только хуже».

Сьюзен пригласили участвовать в «Корабле Любви». Он сыграла проходную роль в фильме о Джеймсе Бонде. Ее фотография появилась на обложке журнала «Seventeen». Ей удалили зуб мудрости, и она открыла для себя страну болеутоляющих средств. Она немного подлатала забор, отделявший ее от Мэрилин. Дрима тоже переехала в Лос-Анджелес и стала жить в квартире Сьюзен. Сексуальный пыл в отношениях с Ларри значительно поугас, и, как и предсказывал Ларри, Сьюзен повзрослела.

Джон сидел рядом со своей спасительницей Бет в офисе охраны, примыкавшем к ангару для частных самолетов во флэгстаффском аэропорте. За затянутыми проволокой окнами, в теплом сером воздухе водонапорные башни и авиационные вышки мигали рубиновыми и бриллиантовыми огнями. На Джоне была одежда, которую Бет подобрала из старья, принадлежавшего ее мужу. Светлая рубашка была свежевыглажена, а кожа Джона была такого коричневого цвета, как будто пеклась изнутри, как у курицы, только что вынутой из духовки. Волосы он подрезал охотничьим ножом несколько недель назад в Лас-Крусесе в штате Нью-Мексико, в туалете бензозаправки. Взгляд его широко открытых глаз был ясным, как у ребенка.

– Мне неловко за Дженни, за то, что она вас снимала. Она неуправляема. Никогда не знала, что с ней делать, – сказала Бет.

– Ерунда, – ответил Джон.

Бет взяла две чашки жиденького кофе из рычащего автомата.

– Вот, – сказала она. – Берите.

– О нет, спасибо.

– Давайте, давайте.

Джон взял кофе так же неуверенно, как в первый раз взял на руки Маккензи – дочку Айвана и Ниллы. За окном проехал бензовоз в октановом мареве.

– Значит, у ваших друзей и правда есть собственный самолет? – спросила Бет.

Джон кивнул.

– Дженни никогда бы такого не сделала, если бы узнала про самолет.

– Да бросьте вы. Правда. Пустяки.

Дочка Бет, Дженни, продала пленку, на которой было заснято, как голый Джон выкарабкивается из канавы, а также события следующего часа, местному филиалу телесети штата. На следующий день это будет главной новостью в скандальном шоу, транслирующемся на всю страну.

– Больше всего меня бесит, – сказала Бет, – что она хочет заплатить за автомобиль своего дружка, даже не за свой. Черт возьми, уж это-то могла бы и не делать. У Ройса уже есть хорошая работа.