Будимир - Кольцо ведьм

— А в процессе игры я могу выйти из неё?

— На все твои вопросы никто из здесь присутствующих не будет давать ответ. А если всё же любопытство не уйдёт, то советую поискать ответы на свои вопросы у себя самого. Для этого к каждому вечеру чётко сформулируй то, что ты хочешь узнать. Я хочу тебя заверить, если у тебя будет достаточно оснований для удовлетворения твоей любознательности, то через определённое время ты научишься получать ответы на поставленные вопросы. Эти ответы и будут истиной. Истина одна, но для каждого своя. Я, говоря тебе, не в состоянии передать истину, она не передаётся словами, а приходит изнутри. Не отвечая на твои вопросы, мы будем стараться держать тебя в неведенье, создавая тем самым информационный голод, распаляя твоё стремление познать истину. И если она для тебя действительно жизненно необходима, то ты ее, несомненно, получишь. А если тебя гложет простое любопытство, вопросы отпадут сами собой. Так что? Хочешь чайку?

Я подумал, что, принимая правила этой странной игры, я ничего не теряю и никаких обязательств никому не даю. Мне было интересно, что за игры придумали эти три женщины и почему они меня удостоили чести вступить в их коллектив. Также меня заинтриговали философские рассуждения по поводу игры. Когда моя новая знакомая говорила про истину, я вспомнил Добрыню и мне показалось, что эта игра есть звено цепи, ведущее меня к какой-то неведомой цели. А потом, если меня не устроит эта странная игра, то я, по всей видимости, могу выйти из неё в любой момент, мне в этом никто не помешает. В конце концов, целыми днями валяться, загорая под солнцем, скучновато. И я согласился:

— Хорошо! Давайте пить чай.

Женщины, улыбаясь, переглянулись.

— Я рада, Малыш, что ты согласился, другого решения от тебя и не ожидала. Значит, продолжим знакомство! Мы знаем, как тебя зовут, не так ли, Малыш?

— Конечно, кто бы сомневался!

— Меня зовут Рада, — представилась она.

— Меня Лада, — представилась светловолосая женщина. У неё были тонкие черты лица, стройное подтянутое тело.

Я встретился с ней взглядом. Её большие, выразительные синие глаза будто тянули к себе какой-то необъяснимой магнетической силой. Я с трудом отвёл свой взгляд в сторону.

— А меня зовут Влада, — сказала третья участница неведомой мне игры.

В отличие от Лады глаза у неё были узкими, темно-карими, но не восточного типа, а скорее южно-европейского. Благодаря им лицо Влады казалось хитроватым. Телосложение у неё было атлетическим, но в меру. Тёмные, мокрые от купания в море волосы лежали аккуратно и были зачёсаны назад.

Все три женщины имели лёгкий розоватый загар. Видимо, они недолго проводили здесь свой досуг.

— И сразу вот тебе следующее правило: друг друга называть на «ты», — продолжала Рада.

Место, где стояла их палатка, было по-женски аккуратным, чистым, облагороженным. Сама палатка стояла на невысоком пьедестале, вероятно, чтобы во время дождя не намок пол. От палатки до моря была выложена дорожка из плоских камней. В отличие от меня с моим доисторическим способом приготовления пищи на костре, женщины готовили на бензиновом примусе. Он со всех сторон был обложен камнями, которые не давали теплу от пламени рассеиваться, да и пограничникам ночью огонь будет виден хуже, если захочется поздно перекусить горяченьким или вскипятить воду для чая.

Лада встала, зашла за палатку и вынесла две пустые канистры. Изобразив на лице удивление, она сказала:

— Ой! А у нас вода кончилась!

— Придётся идти за водой, — сделала вывод Влада.

— Малыш, давай вместе сходим к родничку? — предложила Лада.

— Я могу и сам сходить, — пробормотал я, думая, что всё подстроено и женщины специально пригласили меня на чаёк, когда закончилась вода, чтобы я вызвался сходить к источнику.

— Можешь! Не сомневаюсь, — Лада улыбнулась, — но я тебе хочу помочь.

Она явно знала, о чём я думал, и, предложив сходить со мной, немного смутила меня.

Я взял канистры, она надела на своё обнажённое тело лёгкий сарафанчик, и мы пошли к тропе, ведущей к родничку.

Мы шли молча, не разговаривая, мне от этого сделалось неловко. Видимо, надо было о чём-то говорить, чтобы как-то сблизиться, но в голову ничего не приходило, хотелось задавать вопросы, но они были запрещены по правилам игры. Мы дошли до начала подъёма.

Лада остановилась, повернулась, подошла ко мне почти вплотную и, глядя немигающим взглядом в мои глаза, сказала, будто читая мысли: