Ирина Маленко - Совьетика

Когда я впервые услышала об этом, мне непроизвольно пришла на ум старая русская поговорка «на фига козе баян». Я имею в виду, что у инвалидов есть гораздо более насущые нужды по жизни. Идеи голландских дамочек напомнили мне прочитанный в детстве зарубежный фантастический рассказ- не помню сейчас уже ни его автора,ни даже его название, но в нем инопланетяне похищают землянина и делают его своего рода подопытным кроликом, чтобы убедиться в том, есть ли у людей разум. Он с радостью выполняет все опыты- голод не тетка!- пока вместо еды ему не подсовывают какие-то картинки из «Плейбоя»: тоже, видно, решили, что ему это позарез необходимо… И бедняга плачет горькими слезами над этими картинками – на голодный желудок…. Видимо, голландки этого рассказа не читали.

Тырунеш разумно посоветовала им не афишировать на Кюрасао, что именно они собираются покупать на вырученные от продажи деньги, заменив это на нейтральное «необходимое оборудование».

– Dames, здесь вас истолкуют по-другому, чем в Нидерландах, – внушала им она. И, между прочим, правильно сделают! Честно говоря, я даже разозлилась на них: будучи сама матерью такого ребенка я как никто другой, хорошо знаю, какие нужды бывают в подобных школах и каких по-настоящему насущных предметов там зачастую не хватает. Когда щедрые Бекхеймы через какую-то благотворительную организацию пожертвовали Лизе специальный трехколесный велосипед, расчувствовавшись от ее истории, я, ни секунды не колеблясь, подарила его Лизиной школе в Ирландии: пусть не она одна им пользуется, а и другие дети! А они тут озабочены приобретением чуши на постном масле, и это еще мягко сказано…

Впрочем, когда наконец настал этот день, и я встретилась с ними лицом к лицу- на пляже Мамбо, где проходила распродажа- я больше не удивлялась.

Этот пляж, по словам самих антильцев, находится более или менее под прямой голландской оккупацией, и при виде его мне всегда вспоминается старая советская анкета на загранпаспорт: «Находились ли вы на временно оккупированных территориях?»…

Здесь выступают с концертами голландские звезды – кроме голландцев, никому больше не интересные. Здесь пьют голландское пиво – ну, оно еще, может быть, интересует и других, но не ведрами. Здесь можно смело вести себя как в Амстердаме, не опасаясь косых взглядов «туземцев». Не Мамбо, а просто Схевенинген какой-то! Только намного теплее.

Я смотрела вокруг – и вспоминала, что пишут о Голландии голландские же учебники, то, какими эти люди видят самих себя. Старьевщичество, например, они именуют «торговым духом». А собственное лицемерие – «толерантностью». Лет 15 назад они так гордились им, что была у них даже такая песня – я уже упоминала о ней как-то раз: «Толерантность» Ханса де Боойя. Меня она просто выводила из себя – наверно, потому что я к тому времени уже достаточно хлебнула этой толерантности на практике. Это целый набор классических штампов голландского видения мира: тут и обвинения немцев в расизме («Югослав уже больше не человек; может, это тайная немецкая мечта?»)- как будто бы сами чем-то лучше!; и уверенность в том, что животные лучше и благороднее людей (это смотря каких!) ; и представления о том, что уроженка Таиланда должна непременно быть массажисткой, а суринамец – не иначе как барабанщиком. (Тогда кем должен быть по идее голландец – сутенером или наркоторговцем?). Ха! Вот если бы кто-нибудь из них или даже их детей и внуков посмел бы стать бургомистром Роттердама, как Абуталеб , – вот когда бы мы узрели подлинную голландскую «толерантность» во всей ее красе! А «Иисус, Аллах, Будда и Джон Леннон – все они хотят поведать нам одно и то же»? Раз одно и то же, тогда тем более, зачем же нам выслушивать их всех четверых? Ну и каша же в голове у классического толерантника, считающего себя прогрессивной личностью!

Не иначе как на почве толерантности взошли в Голландии такие утопические идеи, как создание базы данных только на антильских трудных подростков – по этническому принципу, от которой голландцам, к большому их неудовольствию, пришлось-таки в последний момент отказаться. Видимо, когда подобного рода базы данных создаются на еврейское население – то это фашизм, а когда на антильское или марокканское – то это «желание навести в собственной стране порядок»?

Но от того, чтобы дать Антилам стать независимыми, голландцев удерживает вовсе не забота об антильцах (хотя первое, что завопят вам теоретические сторонники такой независимости в голландских рядах, будет «А кто будет платить за них по всем их счетам? Без нас они сразу разорятся!»), а именно вот это – «что мы будем делать без наших уютных вторых домиков-вилл и без пляжа Мамбо?». И не надо мне тут лицемерить о толерантности!