Ирина Маленко - Совьетика

Я читала в путеводителе о том, что работают на курортах исключительно мужчины, в том числе – и уборщиками, и официантами, так как это мусульманская страна, и местных женщин оберегают от общения с иностранными туристами, от которых мало ли чего можно ожидать (на курортах туристам разрешается неограниченно пьянствовать, а местным жителям употребление алкоголя строго запрещено).

– Меня зовут Хуссни, – представился уборщик. – Это нетрудно выговорить. Х-у-с-с-н-и…

Я подумала, что ему, наверно, приходилось часто иметь дело с британскими туристами, которые, кажется, ни одного иностранного имени не могут выговорить правильно, даже такого простого, как мое. И представилась.

– А багажа у меня нет. Вот, – указала я на свой рюкзачок, – это все.

Он удивился, но постарался не показать виду.

– Если вам что-нибудь нужно будет, вы скажите, и я принесу.

– Можно немножко больше сахара для кофе?

– Конечно! – и он отсыпал на стол белых пакетиков с сахаром. – Еще что-нибудь, мадам?

– Спасибо, больше ничего…

– Ну, если что понадобится, то я к вашим услугам…

Мне показалось, что Хуссни опять чему-то удивлен, но я не поняла, в чем дело. И только потом я поняля, что многие туристы используют уборщиков в буквальном смысле слова как мальчиков на побегушках: неохота добираться до бара под проливным тропическим дождем? Пошли за пивом своего «личного» Хуссни или Исмаила… В любое время дня и ночи. «А что? Мы же им платим чаевые!»…

Я не привыкла, чтобы мне прислуживали. Не люблю этого. Для меня горничная или уборщик – такой же человек, как и я. И если я дам ему чаевые, то тоже по-человечески, а не как кусочек мяса собачке – за то, что она встала на задние лапки.

…Еще до поездки, читая в интернете отзывы разных гостей об этом курорте, я запомнила три вещи: то, что его менеджер погиб во время цунами, что отдыхающая публика, как правило, довольна «своими» Али, Хуссни или Ахмедами, которые «заботились о нас» – и то, что буквально все поголовно вспоминают некоего Фернандо как душу компании, без которого и отдых был бы не в отдых. Это разожгло мое любопытство, и я решила обязательно узнать, кто же такой этот таинственный Фернандо и чем. он занимется. Массовик-затейник? Учитель по глубоководному нырянию?

.Все оказалось намного прозаичнее. Шриланкиец Фернандо оказался островным барменом… В баре, где можно было пить без остановки и почти без ограничений, потому что напитки, включая крепкие, включались в стоимость путевки…

Бар стоял на воде, около причала, продуваемый со всех сторон теплым ветром. Под соломенной его крышей было шумно. Я попробовала зеленый коктейль «Поцелуй слона», посмотрела, как пожилая английская туристка в нетрезвом состоянии пыталась зажать у углу «своего» (обслуживавшего ее во время всего ее пребывания) официанта, восклицая, что утром она уедет, и что она знает, – он, конечно же, будет по ней скучать… «Тебе будет грустно, когда мы уедем?»- вопила она. Но это ей все-таки была не Ямайка, где официанты не только готовы к подобному натиску, но и имеют специально выработанный код поведения, рассчитанный на него. («Вам нравится ваш ужин, мэм? Вы не хотели бы, чтобы я показал вам ночные достопримечательности Ямайки?»…) И официант мягко, но успешно отбился от нее. В другом углу напившийся англичанин громко пытался выяснить национальности проходивших мимо него гостей по их лицам- с таким видом, словно никто из них все равно не понимает английского языка, а значит, говорить о них можно что угодно. Проглотив очередную выпивку, он забормотал что-то о том, что «это наши острова» (Мальдивы стали независимыми за 2 года до моего рождения), и что «нечего здесь делать всяким итальяшкам», когда его, наконец, сморило, и он согнулся пополам через перила прямо над Индийским океаном….

Одного коктейля мне вполне хватило, и я ушла на остаток вечера на другой конец причала, где под светом синей лампы плавали кругами привлеченные им рыбы. Звуки плеска воды не прекращались всю ночь – так хорошо было слышно море в «водной вилле». А под утро начался сильный дождь, с таким грохотом по шатровой ее крыше, с такими завываниями ветра, что казалось, «виллу» сейчас сорвет с места и унесет прямо в океан… Я пыталась заставить себя заснуть, но в голову лезли мысли о цунами. Я зареклась ничего не спрашивать о нем местных жителей, чтобы не сыпать соль на рану своим пустым любопытством, но воображение не так-то просто отключить, и я пыталась представить себе, с какой стороны подкатили волны, как это выглядело, что было с островом после этого… Из интернетных блогов я знала, что кроме менеджера никто с острова не погиб (да и менеджер вроде бы находился в тот день не здесь, а у себя дома на Шри Ланке), что многих туристов поцарапало о рифы, что с нескольких зданий снесло крыши, а лодки забросило на вершины пальм… Но все остались, в общем-то, живы -здоровы, а через пару дней их забрал с острова проходивший мимо пакистанский военный корабль… Герой фильма «Не бойся, я с тобой!» сказал бы о таком: «Какая интересная у людей жизнь!» Но не такой «интересной» она оказалась для оставшихся без работы на целых полгода местных жителей…