Ирина Маленко - Совьетика

В начале собрания каждый из нас рассказал о новостях: о том, какая воспитательная работа ведется среди мальчишек-поклонников Чуранди, о том, что говорят в народе об американцах, о том, какие именно полеты, сколько раз в день и по каким дням они совершают. Следить за этим было по очереди положено нескольким членам кружка, жившим неподалеку от аэропорта. И любые изменения в частоте или во времени полетов необходимо было отмечать и анализировать. Тырунеш представила меня всем собравшимся, рассказала о том, чем занимаемся мы с нею, и о том, что вскоре американцы будут собирать по всему Кюрасао мусор- причем бесплатно и по выходным- и заниматься ремонтом школ. Ее слова покрыл дружныи, веселый хохот, с комментариями, похожими на советский анекдот – «так им и надо, лохматым!!

А потом члены кружка начали обсуждать произведения Хосе Марти – а я слушала их и понимала, что мне во многом еще надо будет до них подтянуться: ведь в Советском Союзе мы, со свойственным нам тогда высокомерием, так недостаточно изучали работы прогрессивных деятелей других стран! И это прекрасно – что в боливарийском кружке на далеком Кюрасао изучают не только Хосе Марти, Че Гевару, Фиделя и Симона Боливара, но и Хо Ши Мина, и Мао, и Маркса,и Ленина, и Сталина, и Ким Ир Сена… А меня снова попросили здесь рассказать о Советском Союзе… Совсем как когда-то Финтан – в далекой Ирландии.

Среди кружковцев были учитель и журналист, полицейский и рыбак, разнорабочий со стройки и таксист, торговец мороженым и банковский служащий, официантка и компьютерщица… Они были разного происхождения, кожа их была самых разных оттенков – но они были едины. Будто рой трудолюбивых пчел, как муравьи, по кирпичику возводящие свой муравейник. И я снова почувствовала себя как дома.

… Когда я вернулась к себе, Ойшин еще не спал. Он строгал на лужайке перед домом какую-то ножку для стола. Над его головой негромко шелестели от ветра пальмовые ветви.

– Ну, как твои танцы?- встретил он меня ироничной репликой.

– Прекрасно. В следующий раз пойдешь со мной.

– Я? Но я никогда в жизни не танцевал, даже в молодости!

– А теперь затанцуешь. Раз того требует солидарность с братским народом…

****

…Между Рождеством и Новым годом в порт Виллемстада вошел очередной круизный корабль. На его борту была обычная праздная публика – на этот раз праздная вдвойне, потому что круиз в это время года стоил дороже обычного, и оттого пассажиры стремились, пользуясь терминологией «новых русских», «оттянуться по полной» – чтобы оправдать свои затраты.

Но был на его борту один совершенно непраздный и трезвый человек. Массовик-затейник с красивым ирландским именем Сирше . Родом из Дерри. Моя связная.

Мы встретились в кафе «De Heeren» – в квартале острова под названием «Suikertuintje» ( в переводе с голландского «Сахарный садик»). Это довольно далеко от порта, и в свое время я бывала там только один раз – потому что это было «место для белых»: для туристов и для зажиточных местных жителей. Когда я жила на Кюрасао, меня такие места не интересовали. Но Сонни как-то один раз привозил меня сюда – видно, чтобы «людям показать»….

Я узнала ее по конопушкам, кирпично-красному лицу и рыжим кудрям. А кроме того, она назвала мне пароль:

– Скажите, а на Кюрасао акулы бывают?

– У северного берега встречаются, но скоро мы их всех повыведем.

Не знаю, кто их там придумывал, эти пароли, но этот звучал не просто почти анекдотически, а еще и имел двойной смысл. Если бы нас слышал кореец (а корейцы -непревзойденные в мире специалисты по поиску скрытого смысла!), он сразу бы заподозрил, что здесь речь идет о чем-то еще. Американская база на Кюрасао располагалась именно недалеко от северного его побережья…

Сирше присела за мой столик, и мы заказали себе по салату из холодных макарон.

– Посмотрите, какая интересная статья в последнем «Космополитене» о модных в этом сезоне туфлях, – и я протянула ей журнал.

Этот злосчастный «Космополитен» напоминает мне колхозное сельпо, где все на одном прилавке – от селедки до тетрадок и конфет. Так и там – диапазончик от гороскопов до заразных венерических болезней и от ботинок до любви (точнее, до того, что подразумевается под этим словом у «свободных» одноклеточных.). Но в него у меня была вложена шифрованная сводка о полетах американских самолетов с Кюрасао за последний квартал. Остальное я должна была рассказать ей словами.

Мы еще минут двадцать болтали о «Космополитене» и о том, как находить у себя разные точки, причем Сирше проявила удивительную в этой сфере осведомленность. Наверно, бедняжка и вправду читает всю эту белиберду. Я с отвращением ковыряла вилкой у себя в тарелке, ожидая, когда она предложит нам пройтись погулять. Наконец Сирше исчерпала тему и действительно предложила пройтись – подышать свежим воздухом.