Ирина Маленко - Совьетика

… С улицы донесся вдруг какой-то шум, звук выпускаемого из колес машины воздуха. И громкие детские крики:

– Pa Churandy! Pa Churandy !

Джи-аи переглянулись.

– Those little black bastards !- завопил один из них, и они бегом ринулись в том же направлении, откуда появились, так и не дойдя до бара. Через несколько минут мы услышали свист камней в воздухе, грохот, чей-то заливистый хохот и крики: смачную ругань на английском языке и детские же голоса:

– K***jo bo mama, merkano loco ! Esei no ta Irak pa bo! Mi ta dal bu un skop !

Ойшин ничего не понял – не только того, что говорили, а и вообще того, что происходило. А я, кажется, начинала догадываться…

Чуранди Мартина фактически стал на Кюрасао национальным героем после пекинской Олимпиады. Для того, чтобы понять, что значило для Кюрасао его второе место в финале забега на 200 метров, надо знать, что вся сборная Антил на этой Олимпиаде состояла из 3 человек. И что до него еще никогда ни один настоящий yu di Korsou не добивался на Олимпиаде такого успеха (была как-то у Антил до этого одна олимпийская медаль – в парусном спорте, но ее завоевал переехавший на Кюрасао макамба, а это совсем не то).

Когда он бежал, я вопила на всю округу: “Чуранди! Чуранди!». А когда он пересек финишную черту вторым, я вне себя от радости прыгала до потолка – вместе со всеми Антилами, хотя и находилась в то время на другом конце планеты. И мама моя тоже прыгала….

На душе у меня был просто верх блаженства- радость, гордость, будто Чуранди был моим собственным земляком или даже родственником. Но через пару часов я узнала, что медали его лишили – уже после того, как были объявлены официальные результаты, а на Кюрасао уже чуть ли не начался спонтанный карнавал.

Дело в том, что занявшего третье место американца дисквалифицировали за заступ на другую дорожку. Да какой там заступ – он косил всю дистанцию на эту самую другую дорожку, как заяц, чуть вообще на нее не свернул, и это было видно всем, невооруженным глазом.

Но янки не были бы янками если бы просто так смирились с тем, что у них стало одной медалью меньше – тем более, когда они до такой степени лезли из кожи вон, чтобы в общем зачете (хотя бы по общему количеству медалей, раз уж по золотым не получается!) обойти китайцев. И они в свою очередь подали протест в отношении Чуранди – что якобы он тоже заступил на соседнюю дорожку. Только по правилам это можно было сделать не позднее, чем через полчаса после объявления результатов, а в этом случае прошло часа полтора… Это раз, а во-вторых, для дисквалификации Чуранди по американской просьбе судьи воспользовались не официальной записью забега, а записью, услужливо им американцами предоставленной (ха, помните, как Колин Пауэлл показывал всей планете с экрана картинки с «оружием массового поражения» Саддама?!) Я лично так и не видела ни одной пленки, на которой бы совершенно четко было видно, что Чуранди нарушил правила. Зато американцы нарушили правила подачи протеста аж дважды (см. выше). Но ведь они всегда так – всю жизнь, везде, от политики до спорта, под девизом «здесь остановки нет, а мне пожалуйста, шофер автобуса – мой лучший друг»!

И ведь потом еще хватает наглости вопить, что «надо было выигрывать по правилам»!. Вы по правилам напали на суверенный Ирак? Кто бы говорил про честность, нация чемпионов, которые лет через 10 после окончания карьеры признаются в том, что всю спортивную жизнь просидели на стероидах! Что, стероиды кончились, что ли? И теперь без фальшивок не можете победить совсем?

Несколько дней после этого я ходила чернее тучи и не могла ни есть, ни спать. В какой-то детской чешской книжке много лет назад прочитала я такое выражение: «Ему было так тошно, словно он съел килограмм слив вместе с косточками». Это было именно такое состояние.

Ри Ран видел, что со мной что-то происходит, но я не стала тогда рассказывать ему, что именно: боялась, что он не поймет. А ведь он понял бы! Что речь шла не просто и даже вовсе не о том, что я болею за земляков бывшего мужа, а о том, что случившееся было вопиюще несправедливо и гаденько-мелко со стороны американцев, тем более, что Чуранди победил их спортсмена, который теперь с 4 места неожиданно для себя самого стал серебряным олимпийским призером, с таким отрывом, что никакой заступ на другую дорожку такого огромного преимущества не смог бы ему дать. Если бы у того новоявленного «призера» был хоть милиграмм совести, он отказался бы от такой медали. Но американец и совесть – как гений и злодейство. Две вещи несовместные….