Ирина Маленко - Совьетика

– Лучше никуда не ходить по одиночке и не общаться с нашими эмигрантами.

Бывают иногда и провокации в магазинах: вам могут что-нибудь подложить в сумку, а потом устроить скандал и вызвать полицию: мол, советский гражданин украл такой-то и такой-то предметы. Не участвуйте в местных демонстрациях, не подписывайте никаких воззваний. Вот, пожалуй, и все. Руководствуйтесь собственным здравым смыслом, вы же не маленькие. Если вам что-то кажется подозрительным, держитесь от этого подальше. Если возникнут какие-то проблемы, всегда обращайтесь в наше посольство и консульство.

Не так страшен КГБ, как его малюют. Особенно когда его малюют все одни и те же лица – и именно те, в отношении которых он нас предостерегал…

Я пыталась вспомнить, что я знаю о Голландии с детства. Ну, кроме коньков, тюльпанов, художников, Петра Первого и мельниц, а также первой в мире буржуазной революции и наличия колоний и участия в работорговле. Вспомнились советская детская книжка об осаде Лейдена – «Кеес- адмирал тюльпанов» и мемуары Арда Схенка.

Перед поездкой я постаралась прочитать как можно больше о стране, которую я должна была увидеть. Картина получалась устрашающая.

«Нидерланды – член НАТО. На голландской земле размещены американские «крылатые» ракеты», – сообщал мне справочник «Страны мира». Я чувствовала себя как перед выходом в открытый космос. Причем без скафандра. Вадим Николаевич! Михаил Евсеевич! За что же вы меня так? Разве нет на Земле приличных стран?

…Между прочим, наш справочник «Страны мира» очень правильно все описал.

Весной 1999 года член НАТО Нидерланды приняли самое активное участие в варварской агрессии против народа Югославии. И кровь забытых ныне миром югославских детей – не только на Блэре и Клинтоне…

… Когда начались бомбардировки Югославии, в Ирландии только-только наступила новая весна.

Я работала на этот раз в Блэкроке. Блэкрок – это тоже один из дублинских южных пригородов, но поближе к центру, чем Дан Лири. Мой новый офис втиснулся в узкое пространство между основной магистралью, связывающей его с городом, и веткой дублинского наземного метро ДАРТ, с его зелеными шумными поездами, которая проходит по самому берегу Ирландского моря – дугой вдоль дублинского залива. Из окна офиса были видны его серые волны. Через приоткрытое окно солено пахло водорослями, а над офисом парили крикливые чайки.

Это был один из самых милых офисов, в которых мне довелось работать. Наверно, потому, что он был таким маленьким, и мы все друг друга знали. Это была не американская фирма, и здесь не надо было с утра до вечера растягиваться всем существом как в шпагате в фальшивой улыбке. Занималась она программным обеспечением для распознавания речи компьютером. Очень интересно.

Главный менеджер появлялся редко, наездами из Англии. Единственной заботой этого покрытого круглый год загаром из солярия человека неопределенного возраста с высокомерным акцентом и в хорошем костюме было, чтобы Саймон не перерасходовал бюджет и чтобы «достаточно задниц было рассажено по местам» (так он отзывался о своей рабочей силе). Что же касается местного менеджера, Имона, то он был скорее чем-то вроде завхоза. К тому же он был свой в доску парень, с типичным ирландским чувством юмора.

– Имон, ты слышал, что ваш Тишах ушел от жены и теперь собирается везде возить с собой в официальные визиты любовницу в качестве первой леди?

– Ну, слышал. Но он же не их обеих собирается возить. Так что ничего страшного…

Все остальное время мы работали спокойно, а так как телефонных звонков было пока немного (новая версия обслуживаемой нами программы только готовилась к выпуску), то у нас оставалось достаточно времени для разговоров друг с другом.

– … Мой папа был из Арабских Эмиратов, – рассказывала, постукивая клавишами компьютера, Мелина. – Я об этом узнала только уже когда пошла в школу – и рассказала своим одноклассникам. А они начали устраивать мне «темную» и обзывать «дочкой верблюда». Видите, какая я смуглая, видите? И тогда я записалась на секцию карате…

Я тихонько улыбнулась, пряча в стол книгу. К сказкам Мелины в офисе все уже привыкли. Может быть, кто-то им даже верил. Хотя какой там папа-араб мог быть у этого типично арийского с виду существа? Ничего, совершенно ничего южного не было в ее внешности: типичная девочка-немка в очечках, отличница. Может быть, поэтому она и выдумывает сказки – чтобы собственная жизнь казалось более экзотичной? В конце концов, воображала же я себя корсиканкой когда-то. Правда, мне тогда было 11 лет, а не 23.