Эмиль Брагинский - Суета сует

Стандартная светло-зеленая «Волга» стояла не то чтобы в отдельном боксе, но невысокая перегородка действительно отделяла ее от остальных машин.

– Ты перегородку специально поставил, чтобы девочек сюда водить? – усмехнулась Наташа.

– Специально! – Вася открыл ключом дверцу машины. – Залезай и спи! Вставать рано. Смена у меня с семи утра!

Он разложил в машине сиденье, добыл откуда-то подушечку.

Наташа попробовала прилечь:

– Вполне терпимо!

Теперь Вася прикрыл Наташу телогрейкой.

– Скажи, – Наташа устраивалась поудобнее, – ты будешь ночью ко мне приставать?

– Нет!

На полу, рядом с машиной, Вася расстелил подстилку, кинул на нее пальто, лег.

– Обидно! – сказала Наташа. – Ты бы полез, я бы дала тебе по физиономии, возникли бы отношения!

Наташа выглянула из машины. Вася уже лежал с закрытыми глазами.

– Спишь? Все-таки ты хам!

– Мне завтра работать! – пробормотал засыпающий Вася. – Извини!

Марина Петровна бодро вышагивала по городу Новгороду и была исполнена решимости. Марина Петровна легко отыскала Темно-зеленую улицу и обеими руками забарабанила по калитке.

Отворила Серафима Ильинична.

– Мне Васю! – потребовала Марина Петровна. – Который таксист!

– А он сегодня работает!

– Как «работает»? – ахнула Марина Петровна. – Но ничего, я обожду!

– Как это вы обождете… – сердито переспросила Серафима Ильинична. – Когда он к ночи вернется!

– Ничего, я до ночи подожду! – стояла на своем Марина Петровна. – Деваться мне все равно некуда! Я в передней на стуле посижу, а то я всю ночь не спала, у меня голова кружится!

Серафима Ильинична отступила на шаг, так, на всякий случай:

– А зачем вам мой Вася так уж позарез нужен?

– Он мне совсем даже не нужен!

– То вы его до ночи будете дожидаться, то он вам не нужен! – И Серафима Ильинична предприняла попытку закрыть дверь, однако Марина Петровна успела втиснуться в проем:

– Не жмите! Не для того я из Москвы ехала, чтоб вы меня дверью раздавили!

Теперь Серафима Ильинична поняла, кто перед ней:

– Выходит, вы мама этой… московской персоны…

– Не продолжайте! – вскрикнула Марина Петровна. – Тем более Наташа никакая не персона, а прекрасный человек! И не перечьте! Терпеть не могу, когда мне перечат!

Серафима Ильинична улыбнулась и неожиданно спросила:

– Есть с дороги хотите?

– Когда я нервничаю, я всегда умираю хочу есть. А где моя Наташа?

– А я почем знаю где?

Потом они сидели за столом.

– Девочку иметь – такая морока, – говорила Марина Петровна, – сплошная нервотрепка. Хоть милиционера к ней приставляй, только ведь в милиции тоже сплошные мужчины…

– Мне ваша спичка не понравилась, ешьте капусту, домашняя…

– Она не спичка, у нее современная фигура…

– Поставь ее в профиль – не видно будет… И нахалка к тому же!

– Просто она умеет за себя постоять, наверно, вы ее обижали…

– Да уж не целовали… Три дня как знакомы, и вот те – замуж!

– Что? – закричала Марина Петровна. – Кто замуж?

– Ваша современная Наташка за моего дурня!

– Замуж?

Марина Петровна стала сползать со стула, шумно хватать губами воздух.

Серафима Ильинична вскочила и подхватила гостью:

– Вам что, плохо?

– Ничего особенного, – с трудом ответила Марина Петровна, – просто сердце останавливается.

Серафима Ильинична занервничала:

– Сейчас я валокордин накапаю. Что ж вы при слове «замуж» брякаетесь? Значит, если просто так, то можно вертикаль держать, а по-моему, если просто так переночуют в машине или где попало, это хуже. – Серафима Ильинична кончила капать лекарство. – Выпейте!

Но Марина Петровна не подавала признаков жизни.

– Эй! – повысила голос Серафима Ильинична. – Как вас зовут? Очнитесь! Вы что ж это такое делаете?

– Умираю от горя, – тихо призналась Марина Петровна.

Ехало по Новгороду такси «НОВ 41-41. За рулем бородатый Вася, рядом Наташа.

Возле тротуара голосовала женщина с авоськами. Была она маленького роста и, голосуя, подпрыгивала.

Вася подъехал к тротуару.

– На Московский закинешь?

– Садитесь!

Женщина полезла в машину. Вася включил счетчик.

– Что ж это ты мухлюешь? Пассажирку везешь, а счетчик-то невключенный?

– Это практикант, – сказал Вася.

Как всегда, откуда-то из небытия возник милиционер и повелительным жестом приказал Васе остановиться.

– Сейчас он тебе покажет практиканта! – возликовала добрая женщина. – У них на мухлеж чутье!