Бен Элтон - Звонок из прошлого

– Глупости, – коротко отрезал Джек. – Давайте уточним главное, хотите ли вы стать полковником?

– Да, сэр, конечно, – ответил Готфрид.

– Тогда все о'кей. Вы не обратитесь с этим делом в посольство, понятно? Вы сделаете все сами. Вы никому не станете перепоручать эту работу и никого не наймете для слежки и всего прочего – вы все сделаете сами, о'кей?

– Как вам угодно, сэр, – ответил Готфрид.

Про посольство на площади Гросвенор генерал Кент знал совершенно точно, что в нем обосновалось ЦРУ. Там находилось их Главное европейское управление, центр всех операций. Ничего с ними не случится, если они не будут знать о Полли, подумал Джек, а он точно не хотел, чтобы они о ней знали.

– Следующий пункт, – сказал Джек. – Ее фамилия, боюсь, вряд ли вам поможет. Она… как бы это сказать… она была не настоящей.

– Насколько я понимаю, сэр, – спросил Готфрид, – интересующая нас молодая леди действовала под псевдонимом?

– Да, именно так, – ответил Джек, слегка покраснев. – В то время, когда я ее знал, ее фамилия звучала так: «Священный цикл матки и Луны».

Джек просил Полли назвать ее настоящую фамилию, но она принципиально отказывалась это сделать.

– Я та, кем сама решила стать, а все остальное навязывается мне обществом, – как правило, отвечала она на его просьбы, и Джек считал, что спорить с ней в данном случае просто глупо. В то время такие детали вообще не казались ему существенными.

Готфрид не сразу пришел в себя от изумления, в которое его ввергла полученная информация.

– Понимаю, сэр, – наконец произнес он. – Таким образом, как мы выяснили, нас интересует некая Полли Священный цикл матки и Луны, не так ли?

– Да, именно так.

Шпион торжественно достал записную книжку и записал туда только что услышанное имя, с уважением повторяя его при этом вполголоса.

Джека просто передернуло от воспоминаний о глупом имени Полли. Он мучился невыносимо всякий раз, когда ему приходилось заходить в отель с женщиной, которая настаивает на том, чтобы подписываться именем Полли Священный цикл матки и Луны. В конце концов Джек начал ее уговаривать, что это как будто нарочно привлекает к ним внимание и что им лучше подписываться мужем и женой, но, пожалуй, в те дни более крупных забот у него вообще не существовало.

В те дни Полли была убеждена, что у Джека нет других забот потому, что он был таким несобранным и конформным. Полли верила, что если бы он смог сконцентрироваться на самом себе и стряхнуть все навязанные обществом предрассудки, то наверняка бы нашел ее имя очаровательным. Сама она считала его одновременно очень практичным и благозвучным. Для человека, которого регулярно арестовывает полиция, хороший псевдоним был делом насущным, а в ее случае он стал настоящей находкой, потому что его длина приводила полицию в полное бешенство. Полицейские постоянно пытались сократить его до одного слова и писали: «Полли Священная», но она обязательно настаивала на полном написании. Полицейские обычно приходили в ярость, особенно зимой, когда их пальцы по утрам немели от холода.

– Ну вот, – сказал Джек, – это все, что у меня есть. Боюсь, что не очень много.

– Я уверен, что этого будет достаточно, генерал, – заверил его Готфрид.

– Ну и хорошо.

– Итак, давайте еще раз все суммируем, сэр. Девушка по имени Полли, жила в Гринхэме. В 1981 году ей было семнадцать лет. Надо найти ее и убить.

– Все правильно… Нет! Ради всего святого, я ничего не говорил об убийстве…

– Прошу прощения, сэр, просто я подумал…

– Да-да, понятно. Убивать не надо, просто найти ее, о'кей? Достаньте ее адрес, передайте мне и потом забудьте о том, что у нас когда-либо был этот разговор.

– Господи, помоги американскому налогоплательщику! – с некоторым чувством произнесла Полли.

Джек признавал, что речь шла о сомнительном использовании государственных фондов, но что такое власть со всеми ее преимуществами, если ею нельзя злоупотреблять?

– Да хрен с ним, с американским налогоплательщиком. Я ему отдал двадцать восемь лет своей жизни. Дядя Сэм меня поимел.

– Ничего подобного, Джек. Тебе самому нравится быть военным.

– Ты хочешь сказать – убийцей.

– Именно так.

– Я потерял тебя именно потому, что стал военным.

– Джек, ты меня не потерял – ты меня выбросил, но не думаю, что ты это сделал потому, что стал военным. Мне кажется, ты это сделал потому, что ты бесхарактерная сволочь. По существу, я думаю, ты ею и остался до сих пор, иначе ты бы не думал, что звонить по телефону или писать письма старой знакомой грозит тебе трибуналом за измену.