Бен Элтон - Светская дурь

После этого раздались аплодисменты, которым Паркинсон с радостью позволил продолжаться.

– Питер, немного о личном. Я знаю, что вы не будете возражать против этого вопроса, ведь возможно, что в результате вашего несчастного случая с иглой наркомана вы являетесь носителем ВИЧ-инфекции. Или заражены гепатитом.

– Да, это так. Мне сказали, что это маловероятно, но возможно. Единственное, что я могу сделать, – это подождать необходимое количество недель, чтобы сдать анализы на окончательные результаты.

– И наверное, это ужасно трудно для вашей жены и для вашей семьи.

– Да. Это очень трудно, но, как вы знаете, мы семья, мы держимся друг за друга. И моя жена и дочери поддерживают меня на сто процентов в том, чего я пытаюсь достичь. В Британии есть миллионы семей, самых разных семей, у которых есть право находиться под защитой закона. Вместо этого в настоящее время закон систематически разрушает наше общество.

– И вы совершенно уверены, что, если бы наркотики стали легальными, вы бы сейчас не оказались под угрозой, которая нависла над вами?

– Абсолютно уверен. И Роберт, человек, на иглу которого я наткнулся, тоже не был бы в таком ужасающем состоянии. Он по-прежнему бы оставался зависимым от героина, но не представлял бы угрозы ни для себя, ни для меня.

– Но разве не появятся тысячи новых наркоманов? Возможно, миллионы?

– Вы станете одним из них, Майкл?

– Ну, нет, но…

– А ваша жена? Или дети? Я не думаю, что мои дети начнут колоться. Президент Линкольн как-то сказал, что нельзя постоянно делать для людей больше, чем они в состоянии сделать для себя сами. Он был прав. Правительство не может изменить человеческую натуру. Дети всегда будут экспериментировать с тем, с чем не нужно, и их нужно обучать и защищать, а не преследовать по закону. В Соединенных Штатах однажды попытались запретить алкоголь. Этот безумный эксперимент объясняет все, что нужно знать о контроле над наркотиками. Люди не стали меньше пить, они просто пили нелегально.

Они не платили налогов, некоторые потеряли зрение из-за древесного спирта, они финансировали рождение организованной преступности, которая с тех пор держит за горло американское общество.

– Кстати о выпивке, что вы думаете об этом? Это опасный наркотик?

– Опасный для любого, кто оказывается на улице, когда закрываются бары. Коллективное потребление алкоголя является стимулятором агрессии, любой полицейский скажет вам это. С экстази дело обстоит по-другому. Пьяные молодые люди дерутся, наглотавшаяся экстази молодежь падает друг другу в объятия. Это факт. Есть клубы, которым некогда требовалось двадцать вышибал, а теперь только один, просто потому что молодежь выбрала другой наркотик. Каждую неделю сотни молодых людей страдают и умирают от приема алкоголя. Вы не видите их на каждой обложке, зато вся нация знает поименно горстку людей, которые умерли от приема экстази.

– Строго говоря, это не совсем так, – запротестовал Паркинсон. – Да, это верно, мы все помним трагедию бедной Ли Беттс. [8]Но я уверен, вам известно, что число умерших от экстази удваивается каждый год. Сорок человек умерли только в прошлом две тысячи первом году. Вы можете назвать их имена, Питер? Я не могу.

– Вы правы, Майкл, извините, мне не стоило этого говорить. Но вы говорили, что сорок человек умерли за год от приема экстази; в следующем году, возможно, их будет восемьдесят. Но я хочу сказать, что шесть тысяч человек в год умирают именно от неумеренного употребления алкоголя! Шесть тысяч! Я не знаю их имен. Почти девяносто тысяч обращений в больницы национальной здравоохранительной системы происходят из-за психологических или поведенческих проблем, вызванных алкоголем.

– Господь мой всемогущий.

– В периоды особых взлетов восемь из десяти обращений в травмпункт также связаны с алкоголем. Каждый седьмой человек погибает на дороге из-за алкоголя.

– Поразительно.

– И все же, как я сказал, смерть от употребления экстази по-прежнему продолжает попадать в заголовки газетных статей.

– Но число их ежегодно удваивается. Это не может не вызывать беспокойство?

– Разумеется, Майкл, но я хочу вам сказать, что это число с такой же вероятностью может удваиваться как раз из-за того, что экстази – нелегальный наркотик.

– Из-за этого?

– Да. Если бы экстази производили легально по лицензии, препарат был бы менее токсичен, был бы чище. Дети могли бы быть уверены в том, что они принимают, и у них были бы указания по применению.