Бен Элтон - Светская дурь

Питер Педжет, член парламента, покровительственно улыбался Томми. Он чувствовал, что артисты, певцы – это люди его типа. Он и сам ведь был важной фигурой, политиком часа, человеком, о котором все говорили. Он имел право находиться в гардеробной Томми Хансена. Единственное, за что ему было неловко, – это что он не смог убедить менеджеров Хансена выписать Саманте пропуск за сцену. Но ему удалось достать ей место на церемонии, и она была вне себя от счастья. Ей ведь было всего двадцать три года. Там был ее мир.

– Я так благодарен, что вы согласились со мной встретиться, мистер Хансен, или, возможно, я могу называть вас Томми? Меня зовут Пит.

– Ну… Ладно. Да. Не важно.

– Я убежден, что вы разделяете мои взгляды на наркотики, Томми.

– Да, бессмнения, а как же.

– А именно – защищать детей и молодых людей от последствий употребления наркотиков.

С наигранной легкостью Томми Хансен присел на краешек стола, как раз между двумя своими посетителями и открытым пакетом кокаина.

– Да, ну конечно. Именно, я полностью за. Не, в смысле, нужно деток от наркотиков отучать, это и правда очень-очень важно. Да, просто скажи – нет, вот о чем я…

За его спиной Корки надела наконец топ и сложила всё в сумочку, в которую помещались только связка ключей, пачка «Мальборо-лайтс», пакетик кокаина и пара экстази. Томми изо всех сил играл роль хозяина, но ни в коем случае не мог покинуть свою оборонительную позицию на столе.

– Это… извини, я забыл, как тебя зовут, детка.

– Корки.

– Корки, да, конечно, ну вот. Ладно, Корки, увидимся.

– Увидимся, Томми, ты просто отпад.

– Да, да… У тебя в волосах кусок карамболы застрял.

– И половинка киви в трусиках. Удачи сегодня, я за тебя болею.

– Спасибо. Ну, пока…

Корки ушла. Томми снова повернулся к своим нежданным гостям.

– Милашка. Старая подруга. Такая… Так о чем мы говорили?

– О молодежи и наркотиках.

– Да, конечно, мы должны обя-за-тель-но снять их с этой дряни. Я оч'сильно верю в это, чесслово. Эта дрянь – яд, и бьет по мозгам от души.

Питер Педжет снисходительно улыбнулся. Неужели этому парню действительно удалось не заметить скандала в прессе, который учинил его законопроект?

– Томми, друг мой, я не пытаюсь отучить детей от наркотиков.

– Нет?

– Ни за что. Это ведь совершенно невозможно, так?

– Разве? Я думал, что в этом всё и дело… В смысле, разве не это мы все пытаемся… Слушайте, о чем мы говорим?

– Мистер Хансен, – впервые заговорил полицейский, – мы верим, что пришло время признать тот факт, что молодые люди принимают наркотики, а также то, что самые серьезные последствия приема наркотиков – это связь молодежи с преступниками. Мы все знаем, каковы настоящие побочные эффекты от наркотиков.

Томми покачивался, хватаясь руками за край стола, на котором сидел, на лице его была написана беспомощная, безнадежная сосредоточенность.

– Да, конечно, ну разумеется, мы это… на хавку пробивает, да?

– Я имею в виду социальные последствия.

– Ну а я это самое и сказал, да? Пытаешься найти что-то в пять часов утра в этой идиотской стране. Едешь, едешь, и единственное, что найдешь, – это кебабы на паршивых заправках. В Штатах можно хоть авто купить двадцать четыре часа в сутки. И даже дом, мать его так, если захочется.

– Я говорю о связях с преступниками, мистер Хансен. Даже те, кто принимают наркотики только по выходным для расслабления, каждый раз оказываются в прямой финансовой связи очень сомнительного характера с дилерами и наркоторговцами. Эти люди зачастую агрессивны, они устанавливают непомерные цены за в общем-то очень подозрительный по качеству товар. Конечно, любой здравомыслящий человек согласится, что именно от этого аспекта употребления наркотиков нужно защищать молодежь.

– Ну, этта вы правильно сказали. Не могу передать, сколько раз меня… В смысле, людей, которых я знаю, разводили на такое бабло…

– Это еще не самое страшное. Несчастное меньшинство, которое становится наркозависимым, вынуждено вести преступный образ жизни, чтобы поддерживать свою преступную привычку.

Питер Педжет ерзал на стуле, ему не терпелось снова вступить в разговор.

– Некоторые становятся героиновыми шлюхами. Выражение «героиновая шлюха» он услышал совсем недавно. Точнее, его услышала Саманта в американском фильме, и Питер решил, что в нем содержится огромная сила.

– Да, ну, точно. Правильно. Слушайте… Извините, и всё такое, но куда вы вообще-то клоните? В смысле, я чё, тупой, или как?