Абель Крус - Моя вторая мама (Сериал). Книга 1

Хуан Антонио разглядывал крохотное существо, лежащее под плексиглазовым кислородным колпаком, и боялся поверить в то, что все обошлось.

- Это мой сын! Мой мальчик! Какой маленький!

- Он ведь недоношенный, Хуан Антонио, но он вырастет, - успокоила его Сония.

- А глаза у него, как у его мамы. Хорошо, что он похож на Даниэлу, а не на тебя, - определила Джина и нервно засмеялась. - По крайней мере, он будет красивым.

- Даниэла, наверно, захочет его увидеть, взять на руки, - Хуан Антонио запнулся, пытаясь справиться с охватившим его волнением.

- Вряд ли ей разрешат. Пока он должен находиться в этом отделении, - мягко сказала Сония.

- Какой славный! - восторгалась Джина. - Даниэла будет счастлива, когда его увидит!

- А когда я смогу увидеть жену? - спросил Хуан Антонио у медицинской сестры.

- Все в свое время. Я вам скажу, когда будет можно. Ее еще не перевели в палату, - улыбнулась та. - Идемте, я вас провожу обратно, в приемную.

Мария поднялась в комнату Моники, открыла дверь и увидела девочку, стоящую на коленях у распятия.

- Моника, - окликнула Мария девочку. - Звонила твоя тетя из больницы. Кажется, с сеньорой Даниэлой и твоим братиком все в порядке. У тебя теперь есть брат!

- Ты меня не обманываешь? - повернула к ней заплаканное лицо Моника. - А когда они выйдут из больницы?

- Должно быть, скоро. Знаешь, твой братик находится сейчас в таком специальном инкубаторе для маленьких детей. Из-за аварии он родился раньше времени.

Моника ничего не поняла из сбивчивого объяснения Марии. У нее еще не рассеялся туман в голове от долгого стояния на коленях.

- Я молилась святой деве… Я очень просила, чтобы она меня услышала, - усталым голосом произнесла Моника.

- И она услышала тебя, Моника! Она знает, как нужна тебе сеньора Даниэла.

- Да… А я смогу пойти к ней в больницу? Она, наверно, не захочет меня видеть, потому что я плохая, - в глазах Моники была мольба.

- Не говори глупости, Моника! Она очень обрадуется. Ты ей скажешь, что очень любишь ее и твоего братика и жалеешь, что вела себя дурно. Она тебя обязательно простит.

Мария ласково обняла девочку и погладила по волосам.

Даниэла приходила в себя после операции. Вокруг была темнота. Она слышала чей-то голос, но не разбирала слов. Сначала голос был монотонным и глухим. Даниэла не могла даже определить, принадлежит ли он мужчине или женщине. Потом голос стал отчетливее, пока, наконец, не перешел в однообразный ритмический писк, похожий на звук, издаваемый электронным будильником.

Даниэла открыла глаза и… не увидела ничего, кроме серебристо-серой мути. Потом вверху, слева, возникло светящееся призрачное пятно. Оно приковало к себе ее внимание, стало обретать более определенные контуры. Муть рассеивалась, и она увидела, как пятно превратилось в капельницу почти у нее над головой.

Даниэла перевела взгляд и разглядела источник звука: какой-то прибор со светящимся экраном, по которому пробегали зеленоватые зигзаги. Теперь Даниэла видела белые стены. Понемногу сознание возвращалось к ней, а вместе с ним ощущение беспокойства, которое охватывало ее все более властно. Она поняла, где находится. Конечно, в больнице. Над ней склонилось чье-то лицо. Она знает этого человека, но откуда? Ах, да! Это доктор Карранса. Даниэла попыталась ему улыбнуться, и тут почувствовала тупую боль внизу живота. Боль толчками распространялась по телу Даниэлы. Она застонала и опять закрыла глаза, но боль не унималась.

Теперь Даниэла вспомнила все: шоссе, грузовик, преследовавший ее машину, смеющееся лицо шофера, больше похожее на маску из фильмов ужасов, огромный трейлер, внезапно выросший прямо перед ней и полет в никуда…

Новый приступ боли парализовал ее. И вдруг она поняла с ужасающей ясностью, что боль исходила оттуда, где еще несколько часов назад шевелился ее ребенок…

У двери в палату, где лежала Даниэла, Хуан Антонио столкнулся с доктором Каррансой. Врач больницы похлопал Хуана Антонио по плечу:

- Доктор Раки отлично провел операцию. Счастье, что ее вовремя привезли.

- Я хотел бы перевести Даниэлу в вашу клинику, доктор, - сказал Хуан Антонио. - Лучше, если она будет на вашем попечении.

- Я вас понимаю, но не надо с этим торопиться. Подождем до завтра. Ну, идите к ней! Она пришла в себя.

Хуан Антонио рывком открыл дверь палаты и шагнул в комнату. Даниэла лежала на кровати, темные волосы, разметались по белоснежной подушке, глаза были полуприкрыты.