Абель Крус - Моя вторая мама (Сериал). Книга 2

- Я с Ракель прожил лучшие годы моей жизни, мама, - Мануэль поднял на Долорес заплаканные глаза.

- Она была как солнце у нас в доме. Она подарила нам Тино.

- Ее обязательно должны вылечить, мама. Что мы будем делать, если она умрет?

- Сынок, пожалуйста, не говори об этом, - Долорес больше не могла сдерживать слезы. - Она еще поправится. Мы не должны быть пессимистами. Всегда надо надеяться на лучшее.

Мануэль вышел в коридор, мрачные мысли теснились у него в голове. В дверях он столкнулся с Хуаном Антонио, который специально приехал в больницу узнать, как дела у Ракель, но, взглянув на Мануэля, он понял, что сейчас его лучше ни о чем не спрашивать.

В коридоре появился доктор Карранса:

- В организме обнаружены метастазы, я очень сожалею…

Мануэль опустил голову. Слезы застилали ему глаза, он не мог удержаться от рыданий.

…Обследование закончилось, и Долорес наконец разрешили пройти в палату к Ракель:

- Ну, не будь пессимисткой, - Долорес овладела собой. - Мы же с тобой современные женщины, и у нас спортивное отношение к жизни.

- Это к жизни, - Ракель грустно улыбнулась. - А к смерти…

- Причем здесь смерть? - возмутилась Долорес. - Посмотри на себя. Ты молодая, сильная. Мы с тобой еще поживем в свое удовольствие. Тебе сделают операцию, а через недельку у тебя вообще все пройдет. Я тебя еще на мотоцикле научу ездить.

- Спасибо, Долорес. Вы всегда умели поддержать меня…

- Я прошу тебя, Мануэль. Ты должен взять себя в руки, - голос Хуана Антонио звучал твердо. - Ракель это не понравится.

- Она умрет, Хуан Антонио. Она умрет, - Мануэль подошел к доктору Каррансе. - Скажите, сколько ей осталось жить?

- Если судить по результатам обследования, то, я думаю, около шести месяцев. Конечно, надо еще учесть химиотерапию и облучение. Сейчас я распоряжусь, чтобы ее подготовили к операции.

Мануэль вошел в палату, присел на стул, стоящий в изголовье кровати, и бережно взял жену за руку:

- Ты не должна беспокоиться. Я тольхо что разговаривал с доктором Каррансой. Тебе сделают операцию, ты пройдешь курс лечения, и все будет хорошо.

Ракель пристально посмотрела на мужа и покачала головой:

- Ты не умеешь притворяться, но все равно, спасибо тебе. Я не хочу, чтобы мне делали операцию, какая от нее польза? И потом, мне очень страшно.

- Не говори глупостей. Доктору лучше знать, что делать, - Мануэль прикрыл ладонью глаза, чтобы Ракель не видела его слез.

- Сколько мне еще осталось? - настойчиво спросила Ракель. - Только скажи правду, я должна знать.

- Около… - слова Мануэля прерывались рыданиями. - Около шести месяцев.

На душе у Летисии скребли кошки. Она понимала, что Хуан Антонио вовсе не горит желанием принять ее на работу и что он идет на это, лишь уступая настойчивым просьбам дочери и жены. Однако отступать было уже поздно. «Будь что будет, надо же мне где-то работать», - подумала Летисия, переступая вслед за Моникой порог кабинета Хуана Антонио.

Как она и рассчитывала, ее ждал довольно холодный прием:

- Весь вопрос в том, что ты можешь делать? - Хуан Антонио явно колебался, какое решение принять.

- Мама говорила, что она может помогать твоей секретарше, - поспешила вступиться за подругу Моника. - Так что тебе незачем ломать голову.

- Я согласна делать что угодно, - Летисия поднялась с кресла, которое ей предложил Хуан Антонио. - Мне нужно срочно найти работу. Иначе я не смогу учиться в университете. Я давно дружу с Моникой и Маргаритой, и мне не хочется с ними расставаться.

- Да, вы всегда были подружками, - голос Хуана Антонио звучал скептически. - Но это еще не значит, что вы дружили. По-моему, это разные вещи.

Летисия почувствовала облегчение. Теперь она почему-то была уверена, что Хуан Антонио обязательно возьмет ее. И она не ошиблась в своем предчувствии. Хуан Антонио наконец оставил свои сомнения и объявил Летисии, что с завтрашнего дня она становится его сотрудницей:

- Только не думай, что я буду менее требователен к тебе, раз ты дружишь с Моникой.

Летисия подошла к Хуану Антонио и поцеловала его в щеку:

- Я вас поцеловала в первый и, наверное, в последний раз. Ведь секретарша не должна целовать начальника, да?

- Думаю, что да, - Хуан Антонио слегка смутился.

- Ладно, Летисия, нам пора идти, - Моника направилась к выходу.

- Завтра я приду вовремя. Вы не пожалеете, что взяли меня на работу.

Оказавшись на улице, Летисия поспешила выразить Монике свою признательность:

- Спасибо, что ты замолвила за меня словечко.