Абель Крус - Моя вторая мама (Сериал). Книга 2

- Ты уверен, что он не хранит деньги в банке?

- Конечно, нет, он их припрятал. Ему нет смысла рисковать и открывать счет. А если начнется расследование? Как он объяснит, откуда у него столько денег? - ответил Давид.

- Ну хорошо… Я помогу тебе! Хочу заработать, деньги мне не помешают… Да и дружба нас связывает. Ладно, положись на меня! - и Херман похлопал Давида по плечу.

- Спасибо, Херман, - растроганно поблагодарил Давид. - Завтра же отправимся в столицу… Или нет… Давай сегодня, а?

Согласно обычаю, ночь после смерти родственники и друзья покойного проводят у его гроба. В центре зала похоронного бюро, специально предназначенного для таких церемоний, на возвышении стоял открытый гроб с Ракель. Стены зала были затянуты черной материей. Тихо звучала траурная музыка. Вдоль стен стояли стулья. Мануэль сидел на одном из них, обхватив голову руками, и тихо раскачивался из стороны в сторону. Глаза у него были красные и опухшие от слез.

Долорес сидела рядом с сыном и время от времени наклонялась к нему и шептала слова утешения. Попрощаться с Ракель пришли ее друзья. Разумеется, здесь были Даниэла, Джина, Сония, Хуан Антонио, Рамон, Каролина и Херардо. Даниэла рассказала о последних минутах жизни Ракель, то и дело всхлипывая и вытирая слезы. Каролина шепотом спросила у Херардо, почему не пришел Фелипе.

- Он знаком с Мануэлем, но друзьями они никогда не были. Но дело даже не в этом… Я уверен, что он не пришел, потому что не хотел встретить здесь Джину, - ответил Херардо.

Мануэль встал, подошел к гробу жены и посмотрел на ее лицо долгим взглядом. Он никак не мог смириться со смертью Ракель. Он знал, что жена была обречена, что у нее смертельная болезнь, и разумом понимал, что это должно было случиться. Если бы речь шла о ком-то другом, не о Ракель, Мануэль бы подготовился к этому удару. Но то, что касается Ракель… он всегда внутренне сопротивлялся мыслям о ее смерти и ждал чуда. Как ему теперь жить без нее? Его дом уже никогда не будет таким, как при ней! Мануэль отказывался понимать эту жизнь. В один миг все стало бессмысленным, оказались перечеркнутыми все счастливые годы.

Даниэла и Джина подошли к Мануэлю, чтобы еще раз выразить свои соболезнования и откланяться. Они вышли на улицу, и свежий ночной воздух придал им сил. Подруги решили вернуться домой пешком.

- Любопытные вещи происходят, - усмехнулась Джина. - Фелипе не желает меня видеть. Даже не пришел выразить соболезнование Мануэлю… Кстати, на который час назначены похороны?

- После обеда, во второй половине дня, - ответила Даниэла.

- По крайней мере, мы сможем выспаться! - сказала Джина, вдыхая полной грудью прохладный воздух.

- Знаешь, что сказала мне сегодня Ракель? - спросила Даниэла. Джина отрицательно покачала головой. Тогда Даниэла продолжила: - Что Иренэ раскаивается в том, что сделала, и хочет изменить свой образ жизни.

- Лучшее, что она может сделать, - это повеситься! - вспыхнула Джина.

- Я не знаю, что и подумать… Меня мало касается, как она будет себя вести. Это ее дело. Но она ждет ребенка от Альберто. И вот это меня беспокоит, - сказала Даниэла.

…После того, как Даниэла и Джина ушли, примерно через полчаса, в траурном зале неожиданно для всех появилась Летисия. На плечи у нее поверх платья была наброшена черная шаль. Твердым шагом Летисия пересекла зал и остановилась рядом с Мануэлем и Долорес.

- Я очень сожалею о случившемся, - печально произнесла Летисия и протянула Долорес руку для пожатия, но рука ее повисла в воздухе. Долорес холодно смотрела сквозь нее.

Хуан Антонио подскочил к Летисии и спросил внезапно осипшим голосом:

- Как ты посмела прийти сюда?

- Я - твоя жена, и мой долг быть рядом с тобой, - заявила Летисия.

- Единственная жена, которую мы признаем, - это Даниэла, - сухо отчеканила Долорес.

- Надеюсь, что ваше мнение когда-нибудь изменится, - вспыхнув, произнесла Летисия.

Хуан Антонио крепко взял Летисию за плечи и начал подталкивать к выходу.

- Ты не должна была приходить! Пошли отсюда, - и он увел девушку, сказав Мануэлю: - Завтра мы увидимся!

На улице Хуан Антонио буквально втолкнул Летисию в машину. Какое-то время они ехали молча. Потом Летисия не выдержала:

- Никогда тебе этого не прощу! Ты не должен был меня выпроваживать! Я шла с лучшими намерениями, хотела выразить свое соболезнование Мануэлю…

- Если я не взял тебя с собой, значит, не нашел нужным. Неужели непонятно?

- Это просто смешно! Мое место… - начала Летисия.