Ольга Ляшенко - Собиратель чемоданов

— Извини, — только и сказал Коллекционер.

Он так устал от своих переживаний, что теперь, когда все было позади, рассказывать о них ему уже не хотелось. К тому же, сейчас ему хотелось только одного.

— Мне предлагали остаться на ужин! — продолжал Упендра. — Я отказался, думал, ты меня ждешь.

— Кто предлагал?

— Чемодаса и Марина, его соседка. Между прочим, она отлично готовит. И вообще, он там неплохо устроился. Слушай! У меня идея. Сейчас мы с тобой быстро моем руки и идем к ним. Еше не поздно. Я думаю, они только садятся.

— Я никуда не пойду. Я не голоден, — запротестовал Коллекционер.

— А что тут такого? Зайдем чисто по-соседски, на огонек. В этом случае приглашение совсем не обязательно. Между прочим, я тоже не голоден и иду вовсе не затем, чтобы набить брюхо. Просто не хочу их обижать. Чтобы у любей не создалось впечатление, будто я пренебрегаю.

— Вот и прекрасно, — сказал Коллекционер. — Ты иди, а я останусь.

— Ты так думаешь? Ну, что ж, оставайся. Правда, тогда тем более непонятно, зачем я столько времени тебя прождал. И раз так, то уж, по крайней мере, помоги мне добраться.

— Разумеется.

Коллекционер снял его со стола, перенес через комнату и ссадил на полу возде дивана. Дальше Упендре предстояло идти пешком. После истории с котом в комнате не осталось ни одного застегнутого автомобиля.

— На всякий случай, если засижусь, спокойной ночи, — сказал Упендра. — По-моему, соседка — очень даже неглупая женщина, с ней интересно поговорить. Да, кстати! Если меня кто-нибудь будет спрашивать, направляй всех туда.

— Спокойной ночи, — сказал Коллекционер.

Ему не терпелось остаться одному.

14. Как только стихли шаги Упендры, он запер дверь комнаты на щеколду, задернул штору, снял с гвоздя тяжелую связку ключей и, осторожно сняв с постамента Статую Свободы, переступил через крепостную стену.

Стараясь ничего не повредить, он убрал шпиль, снял купол вместе с башней, отсоединил картонные пристройки и аккуратно разложил их на полу, вне территории Чемоданов. Потом присел на корточки, закрыл глаза и медленно провел ладонью по шершавой коже Крокодила…

Выбрав из связки самый большой ключ, он вставил его в замок, медленно повернул, потом еще немного помедлил, чтобы перевести дух, — и поднял крышку…

В биографии Дмитрия Иванович Менделеева много загадочных страниц. Он неоднократно удивлял современников, в особенности родных и близких, своими странными высказываниями и неожиданными поступками. Не раз он и сам искренне удивлялся тому, что выделывал, причем не стыдился публично в этом признаться. [104]

Как-то раз ему вздумалось совершить полет на воздушном шаре, да еще во время солнечного затмения. Вот как описывает этот случай Г. Чернеченко в номере 8 одной из газет от 19 августа 1999 года (статья так и называется: «Менделеев на воздушном шаре»):

« В небольшом живописном имении Д. И. Менделеева Боблово <���…> готовились в «домашних» условиях наблюдать затмение солнца. И вдруг, когда до затмения оставалось немногим более недели,<���…> из Петербурга в Боблово пришла телеграмма. В ней Русское техническое общество извещало, что в Твери снаряжается воздушный шар для наблюдения затмения и что совет считает долгом заявить об этом, чтобы Менделеев в случае желания «лично мог воспользоваться поднятием шара для научных наблюдений».

Собственно ни сам полет, ни приглашение участвовать в нем не были для Менделеева большой неожиданностью <���…>. Лишь одно смущало великого химика: шар, наполненный светильным газом (другого в Твери не имелось), не мог подняться выше двух верст, и, значит, остался бы в плену облаков. Нужен был шар наполненный легким водородом <���…> Об этом он и сообщил в срочной телеграмме, ушедшей из Боблово в столицу.

Времени оставалось мало, бюрократическая неповоротливость военного министерства проявлялась не раз, однако, против ожиданий дело удалось уладить в один день. И уже первого августа Менделеев знал, что в Клин (всего в 18 верстах от его имения) спешно направляется военный воздушный шар «Русский» под командованием опытного аэронавта поручика (добавим — в будущем знаменитого генерала) А. М. Кованько.

Светало. Было пасмурно, накрапывал дождь. На пустыре между линией железной дороги и станцией покачивался шар, окруженный загородкой из жердей. Рядом вздымалась газодобывательная установка, у которой орудовали солдаты в прожженных кислотой рубахах.