Татьяна Соломатина - Психоз

Но не надолго. Есть такие неумолчные дамы, комментирующие любую пролетевшую мимо муху. Правда, теперь она стала обращаться и к таксисту. Под их неумолчное обсуждение происходящего на дороге Сашка поняла две вещи: только этот таксист и эта агент в этом городе и этой области умеют водить машины, все остальные – чайники; если бы этот таксист стал мэром – в этом городе (и/или – губернатором этой области) здесь бы наступил рай земной. Когда они стали обсуждать президентов – отечественного и американского, – Сашка наконец-то погрузилась в собственные мысли.

«А не удивить ли всех разом, включая себя? Взять да и выйти замуж за Пятиугольникова! Оговорить «на берегу», сколько в месяц на тряпки, сколько – на развлечения. По вторникам и четвергам – совместный завтрак. В пятницу – ужин. Субботу отбить на одинокие прогулки… Или к Боровикову? Такой милый. Особняк, опять же, с прислугой, судя по всему. А дядя Серёжа – так, наездами, поговорить о доброзле и жизнелюбви. Чем не вариант? Да ещё и воздух чище. Что расположением, что отсутствием постоянного присутствия, м? Работу брошу. Для развлекухи поступлю в заочную аспирантуру. Темку какую-нибудь удумаю. Вроде: «Параллельная работа разных сенсорных входов: приоритетное выделение важности потерь”… Галиматья… Можно ещё, например, становиться всё образованнее и образованнее. На тот случай, если стройная блондинка превратится в оплывшую седую фрю. Компенсаторный механизм, так сказать. Заканчивать и заканчивать факультет за факультетом того же МГУ, чем не занятие? В перерывах – разводить для дяди Серёжи карапузов на этой прекрасной загородной «ферме». За каждого – караты по восходящей. Вплоть до эксклюзивной бриллиантовой диадемы «Почётная свиноматка»…»

Тем временем агент с таксистом уже опросили всех встреченных местных, где находится такая-то улица. Большинство равнодушно пожимали плечами. Пока одна словоохотливая старушка не рассказала в подробностях не только, где эта улица, но и где этот дом.

«Есть два вида старушек: всегда благостные и всегда злобные. Если доживу до такого возраста, хотелось бы быть благостной… Судя по предполагаемой топографии – топать от гипотетической «берлоги», что до автобуса, что до электрички, – немало!»

Решение жить абсолютно самостоятельной жизнью как-то осунулось. Уже не таким ужасным стал казаться характер просто Вовы, да и подлость дяди Серёжи начинала съёживаться до размеров разумного подхода к сложившимся обстоятельствам. Югова хотелось видеть. Хотелось понять.

«Ничего конкретного…»

Сашка была уже подготовлена к «отличному состоянию» прошлым просмотром. Тут было примерно то же самое. Только дворик уютней и дом – кирпичный.

– Очень приличный дом. Очень приличные соседи, – распиналась тем временем хозяйка. Больше перед агентом, чем перед потенциальной съёмщицей. – Я бы так дёшево не сдавала, но мне очень срочно. Да и мне вас порекомендовали как приличного человека. Я очень аферистов боюсь, очень!

«Эх, добрая женщина. Это же классика жанра: все аферисты удивительно приличные с виду люди!»

– Саша, ну как вам? – поинтересовалась агент. – Это уже правда минимальная цена. Без всяких. К тому же – без коммунальных услуг.

– Ой, да. Я сильно боюсь, что вы что-то перепутаете или вовсе книжки потеряете, а я потом ходи, стой в очередях на перерасчёты, и всё остальное. Вы же тут ничего не поломаете? – хозяйка так резко сменила тему, что даже агент не сразу поняла. Сашка же только недоумённо оглянулась, что здесь можно сломать? Древнюю, как экскременты мамонта, газовую плиту на кухне?

– Диван старый, так вы его не раскладывайте. Так спите. Бачок в унитазе протекает. Это ничего страшного, только шумит. Не пугайтесь.

– Всё равно, – сказала Сашка, – уже всё равно. Больше я таких походов не выдержу. Мне и двух хватило. Судя по всему, сдаваемые за такие суммы «дворцы» похожи друг на друга, как семечки в подсолнухе.

Ещё около часа хозяйка пыталась читать бумажки, заполненные агентом, требовала зачем-то цветную ксерокопию Сашкиного паспорта, просила агента разъяснить, по какому суду и как (и сколько) стребовать со съёмщицы Ларионовой, если она, к примеру, вырвет из стены розетку с мясом или вдруг поломает многострадальный диван? После – в пятый раз лихорадочно просматривая бланки с печатями агентства – отказалась подписывать договор сроком на полгода. Только на год. Агент пыталась урезонить эту квочку, что-де через полгода она может сдать свою халупу дороже. Нет, та упёрлась в год. Сашка пожала плечами. Агент переписала договор.