Карина Шаинян - Долгий путь на Бимини

– Она хотела, чтобы ты искал Бимини?

– Будь она проклята, ведьма… Я ей поверил. Столько лет я дурел от ужаса, каждый день думал о том, чтоб покончить со всем разом, но продолжал искать… Я, болван, думал, что ищу спасение, а нашел то, от чего так хотел сбежать. Не понимаю, зачем она это сделала, – пробормотал Брид, и Карререс едва сдержал улыбку: капитан вдруг стал похож на обманутого ребенка. – Я никогда не обижал ее, – да и кто бы рискнул, все знают, что случалось с теми, кто ей хоть одно грубое слово сказал… А она мне… За что?!

– Может, ты неправильно понял песню?

– Шутишь? Такие песни или понимают правильно, или не понимают вовсе, это всем известно… Моя б воля – я эту девку… Она не на золото наводит, она на смерть наводит, хуже, чем на смерть…

– Бимини, – напомнил Карререс. – Ты же нашел Бимини. Ты бессмертен. Бояться нечего.

– Нечего, – тоскливо подтвердил Брид. Он отхлебнул из бутылки и хрипло расхохотался. – Лучше б я сдох тогда в тумане, – сказал он.

Капитан замолчал. Его помятое лицо окаменело, глаза стали тусклыми – будто где-то внутри захлопнулась обитая железом дверь.

– Зачем тебе Барон? – попытался зайти с другой стороны Карререс.

– А ты как думаешь? – злобно вскинулся Брид – Побеседовать хочу! Вот как с тобой!

– Я думал – ты хочешь проверить, – осторожно сказал Карререс. – Проверить, можешь ли ты, бессмертный, победить духа смерти.

Не дослушав его, Брид разразился квохчущим хихиканьем. Он скосил на Карререса круглый бессмысленный глаз и вдруг сделался ужасающе похож на жертвенного петуха.

– Мне этого дьявола надо туда притащить, – сказал капитан. – Мне там с одной надо управиться… Там всем одна баба заправляет, – объяснил он. – Не сказать, чтобы красавица, – смуглая, тощая, ни плавности, ни дородности, будто и не кормят ее. Все скачет, как коза… козочка… – Брид машинально облизнул губы. – Реме ее звать. Реме…

Глаза капитана застыли, лицо обмякло. Карререс с тошнотной неловкостью увидел, как затрясся подбородок пирата. Доктор поспешно схватил бутылку и сунул ее в руки Брида. Капитан сделал несколько гулких глотков, судорожно перевел дух.

– Ты любил когда-нибудь, док? – неожиданно спросил он.

– Вот оно что, – пробормотал Карререс.

– Я ее по-хорошему просил… Ты, говорю, женщина добрая, хоть и королевна, вытащи, выведи… Я ей говорю – Бимини теперь во мне, не хочу, ест меня. Склей, говорю, меня обратно, прими, что тебе стоит. А она смеется. Все смеется, я как засну – так ее смех слышу… «Ты, – говорит, – сначала то, что откусил, проглоти, а там посмотрим».

– Я бы на твоем месте ее послушал, – тихо вставил Карререс. Брид бешено поглядел на доктора и выпятил челюсть. – Я думаю, – объяснил Карререс, – что Бимини дает не только и не столько бессмертие…

– Мутишь, док, – пробормотал Брид. – Нееет… Я Барона поймаю. Барон – он ведь не только гробам хозяин, но и постели. Он мне поможет… Я его по-хорошему… Не пришел. Ладно. Сам не хочет – заставлю.

– Заставишь лоа? Заставишь духа смерти?

– А что он мне сделает, а? Да ничего. – Брид сжал кулаки и оскалился. – Я его скручу, – сказал он, – суну в трюм «Безымянного». И пойду на Бимини. Я дорогу хорошо запомнил, все вешки, все приметы – такое не забудешь, нет… И тут она не отделается. Она меня обратно слепит, – язык капитана заплетался все сильнее. – Я ее год из койки не выпущу…

Брид явно терял контроль над собой. Его обычно бледное лицо покраснело, яростные гримасы сменялись выражением умиленной нежности. «Реме, – бормотал он, – Реме ее зовут…»

– Пошел я отсюда, – вдруг проговорил он и грузно встал. – Ты чего хотел-то, док?

– Карты.

– Карт нету. Какие к дьяволу карты в этом деле? Я мог бы так рассказать… Главное – в пределы прорваться, в окрестности, а там уж – по вешкам, по вешкам…

– Хорошо, расскажешь так.

– Не буду.

– А вроде обещал в обмен на Самеди.

– Не буду, – упрямо повторил Брид. – Я этого барона и сам могу найти.

Карререс презрительно пожал плечами, и Брид вспыхнул:

– Думаешь, мне жалко? Для себя все держу? Я тебе вот что скажу, док: ты мне понравился. Ты со мной по-человечески говорил, а капитан Брид добро помнит. Так вот не будет тебе ни карт, ни примет. Нечего там делать человеку… – он, покачиваясь, двинулся к выходу.

– Подожди, – окликнул Карререс. – Скажи хотя бы – что там?

– Туман, – неестественно внятно ответил Брид и, задев плечом дверной косяк, вышел из хижины.

– Принести факела? – спросил Ван Вогт.