Евгений Гришковец - Рубашка

В комнате было плохо. Плохо пахло, на столе стояли немытые чашки и замызганный чайник, на стене висел календарь с тремя женскими задницами в бикини. Во всем было видно разложение и саботаж.

– Гриша, выйдите на минутку! – сказал я Грише. – Извините, мы удалимся ненадолго, – обратился я к остальным. Вежливого обращения на вы строители боятся больше всего. Такое обращение возбуждает у них чувство вины. Не всегда, но часто. Я этим пользовался.

Мы отошли с Гришей в другую комнату.

– Ну, что здесь у нас? Докладывайте, – с ним я был на вы всегда.

– Проблемы! У Паши, я его перевёл сейчас на другой объект, пять дней назад родился сын. Он мне об этом сообщил. Я дал ему два дня отдыха. Ну а он в тот же день накупил всего, и прямо здесь… Но, правда, по окончании рабочего дня. А тут заехал хозяин, да ещё с каким-то своим приятелем. Один раз такое случилось… и как назло! Ничего особенного не было. Ребята были выпившие, обрадовались, когда хозяин появился, даже налили ему, мол, «дело святое». Короче, он на них наорал, потом на меня. Говорил, что не заплатит, что нужно сменить бригаду… Угрожал, в общем. Паша обиделся.

– Ну, платить он будет или не будет – это, скорее, вопрос ко мне, – сказал я очень сурово. – Гриша, проблема-то в чём?

– Ну-у… В этом и проблема…

– В чём в этом?

– Ребята, – Гриша неопределённо указал рукой в сторону комнаты, где были рабочие, – хотят получить денег…

– Каких денег? Аванс они получили! Дальше нужен результат, и будут деньги.

– Они говорят, что надо дать денег хотя бы Паше, чтобы он мог отметить рождение сына.

– Они что, не наотмечались, что ли?!

Я говорил, а сам понимал, что зря я это объясняю Грише. Что он может сделать? Крепкие мужики, работяги, особенно, когда они вместе, могут так усовестить, так надавить на чувство справедливости… Гриша пожал плечами.

– Так! У нас что здесь, забастовка, что ли?

– Нет, не то чтобы… В общем, хозяин тоже вёл себя неправильно. – Гриша совсем расстроился и не мог смотреть мне в глаза. – Он ничего не захотел слушать, сказал, что будет разговаривать только с вами.

Конечно, я запустил дела! Это очевидно. Хозяин этого магазина был довольно нервный мелочный мужичок. Всё перепроверял по десять раз. Но это нормально. Хуже всего было то, что он был уверен, что очень сильно переплачивает мне. Он постоянно приводил на «стройку» каких-то своих друзей-знатоков, которые говорили ему то, что он хотел услышать – мол, его сильно обманывают. Но такое поведение – обычное дело. Просто противно слушать нытьё. Хотя деньги есть деньги.

С этим объектом как-то сразу не заладилось, и я малодушно отстранился от него. Паша, у которого родился сын, хороший парень и давно уже со мной работал. Боря – тоже нормальный такой бригадир. Остальных рабочих я знал не всех. Бригада как бригада. Но чего-то накопилось, и пошло вкривь и вкось. Гриша не справлялся, заказчик, то есть «хозяин», нервничал и звонил мне… А я?… Я влюбился ужасно! Вот и всё!

Ситуацию необходимо было переломить. Ребята и так-то работали медленно и плохо в последнее время, а тут совсем остановились и явно готовились мне чего-то предъявить. Я отлично знаю эту коллективную демагогию, мужицкие обиды и поиски справедливости. Не люблю я это. Надо было идти к ним, а хотелось немедленно поехать к Ней…

Я снова вошёл в комнату, где меня ждали семь недовольных, и сплочённых этим недовольством, мужиков.

– Ну-у-у?! Так, значит?! – ничего более бессмысленного и беспомощного я сказать не мог. Но надо же было с чего-то начинать. – Вот что, коллеги, вы перед кем тут решили демонстрации устраивать? Так не пойдёт! Два дня не работали? Значит, выходных в этот раз не будет. Логика простая. А про пьянку на рабочем месте – это уже отдельный разговор, такие номера…

– Пока нам не заплатят за то, что мы уже сделали, и пока перед нами не извинятся, – мы дальше работать не будем, – сказал большой белобрысый парень. Он один сидел, остальные стояли. Я раньше с ним не работал. Сказал он это так… в общем, он давно подготовился к тому, чтобы это сказать.

– Сильное заявление! – ответил я. – Что ещё?

– Пашу надо вернуть и премию ему надо небольшую дать! – сказал маленький и сухонький парень. Его комбинезон был самым чистым. Я давно его знал. Хороший специалист, и парень нормальный. – У человека сын родился первый. Надо как-то по-людски…

– По-людски? И премию? Да? – перебил я его резко. – Конечно премию! За пьянку на рабочем месте, за хамство и разгильдяйство – конечно премию! Обязательно!