Ирвин Уоллес - Чудо

И все-таки, напомнил себе отец Рулан, он по-своему пытался помочь Эдит Мур, пытался ей кое-что сказать. Говорил он не прямо, а намеками, и Господь ни в коей мере не мог осудить его за человеколюбие. Но Рулан опасался, что туповатая Эдит Мур не уловила того, что он старался внушить ей.

Священник сокрушенно вздохнул. Он сделал все, что было в силах честного слуги Божьего, и тоже достоин отпущения греха. Если можно назвать грехом отказ от дальнейшего вмешательства в дела несчастной женщины.

Незаметно для себя пройдя путь до площади Четок, отец Рулан вошел в свой кабинет, готовясь провести за письменным столом долгий, изнурительный день.

Он удивился, увидев в кабинете гостя, пришедшего еще раньше, хотя его совсем не удивило, что гость отыскал ключ от единственного шкафа, открыл дверцу, вытащил оттуда выпитую на четыре пятых бутылку шотландского виски «Джей-энд-Би» и наливал сейчас спиртное себе в стакан, вполне обходясь безо льда и содовой.

Долговязый монсеньор Пейрань, епископ Тарбский и Лурдский, отошел от шкафа с наполненным стаканом и приветствовал Рулана коротким кивком. Переломившись пополам, словно складной аршин, он опустился на стул напротив письменного стола.

— Раненько же вы приходите на службу. Я потрясен,— проскрипел епископ.

— Я еще более потрясен тем, что вы пришли даже раньше меня.— Отец Рулан сел за стол.— Дел нынче невпроворот.— Он внимательно всмотрелся в морщинистое лицо епископа.— Что-нибудь случилось, ваше преосвященство?

— Да, дел хватает,— согласился епископ Пейрань. Он задумчиво отхлебнул виски, а затем, запрокинув голову, одним махом влил в себя остатки.— Только результат нулевой. Вот что меня беспокоит.

— В каком смысле нулевой?

— Вы прекрасно знаете, что я имею в виду, Рулан. Неделя нынешняя особая. И мы — во всяком случае, я — находимся в Лурде Не просто так.

— Ну разумеется, Новоявление Пресвятой Девы…

— Я знаю, что к вам стекается вся информация о происходящем в Лурде,— не дал ему закончить епископ.— Так скажите, происходит ли что-нибудь? Есть ли хоть какой-то намек на Новоявление?

— Как всегда, было несколько видений — тем немногим, у кого расшатана психика или повышена эмоциональная возбудимость. Достаточно было задать им несколько вопросов, чтобы развеять их фантазии в дым. Установить правду не так уж сложно.

— Отдаю должное вашему мастерству.

— Это всего лишь опыт,— скромно потупился отец Рулан.

— Не стану от вас скрывать, я крайне озабочен,— продолжил епископ.— Все это мероприятие беспокоит меня с того самого момента, как Его Святейшество приказал нам выступить с заявлением. За всю мою жизнь — да что там, со времен Бернадетты — Богородица еще ни разу не являлась в здешних местах. Вот это и беспокоит. Напряжение невиданное. Не нравится мне эта атмосфера великих ожиданий.

— Однако, ваше преосвященство, все это результат вести, которую передала нам Пресвятая Дева.

— Через Бернадетту, только через Бернадетту и никого другого,— пробурчал епископ.— Не исключено, что ее записи в дневнике не так прочли или неправильно истолковали.

— У меня нет ощущения, что допущена какая-то ошибка,— мягко возразил отец Рулан.— Я сам много раз перечитывал дневник. Бернадетта очень детально описывает секрет, который поведала ей Дева Мария. Там о пришествии Девы говорится с точностью до года, месяца и нескольких дней. И живем мы в тот самый год, в тот месяц и те дни, которые были нам обещаны.

— Пресвятая Дева обещала явиться в течение восьми дней. А сегодня уже день седьмой. Всего один день остался,— заметил епископ.

— Да, верно…

— Что, на мой взгляд, дает основания для беспокойства. А если ошиблась сама Бернадетта? Если она ослышалась, когда с ней разговаривала Дева? Если ее подвела память, когда она много лет спустя записывала то, что ей было сказано в тысяча восемьсот пятьдесят восьмом году? Если бы, пока еще не поздно, нам удалось узнать о человеческой ошибке такого рода, то можно было бы выступить с соответствующим разъяснением. Все отнеслись бык этому с пониманием, а церковь избежала бы критики. Действительно, что, если Бернадетта допустила ошибку?

Однако отец Рулан оставался непоколебим:

— Не думаю, что она совершила ошибку, ваше преосвященство.

Епископ приподнялся со стула.

— Ну что ж, все в ваших руках.— Он поставил пустой стакан на край стола и встал на ноги.— А мне пора. Только сегодня и завтра — больше времени у нас не остается. Надеюсь, связь между нами будет постоянной.— Епископ сделал шаг по направлению к двери.— Мне бы вашу уверенность…