Лия Киргетова - L

— А как мне проснуться, богиня? Я все время хочу это сделать.

— Начни жить с этого момента так, как будто ты ничего не знаешь. Как будто тебя никто ничему не учил. И ты проснешься. Переставай знать что-либо. Никто не заставляет тебя подчиняться чужим правилам, никто не хочет изменить тебя. Если ты проснешься, никто не сможет запутать тебя вновь. Пусть твоя энергия течет, пусть ты никогда не будешь знать, что ждет тебя завтра. Твоя проблема не в том, что ты не целостна, или недостаточно сильна. Ты просто разучилась течь. Делай только то, чем наслаждаешься.

— Но это так сложно, Гуаньинь, вокруг меня столько всего, я же не могу все время делать только то, что хочу. Есть еще и обязательства. Деньги. Люди.

— Ты попробуй. Ты просто попробуй. Теки. Позволь случаться тому, что окружает тебя. Позволь приближаться к себе миру. Тебе кажется, что ты рискуешь, а на самом деле, ты просто боишься жить. Ты неправильно научила себя. Ты очень хорошо умеешь говорить «нет». Себе и тому, что хочет случиться с тобой. Скажи «да». И наслаждайся. Ты идешь по линии большего: «больше, больше, больше». Эта идея неосуществима. Попробуй — другую линию: «меньше».

— Я не очень понимаю тебя, Гуаньинь.

— Не беспокойся. Просто начни говорить «да». И всегда делать только то, что приносит тебе радость. Остальное придет само.

— А любовь?

— Любовь, человеческая любовь, не настолько ценна как свобода. Поэтому человек хочет быть любимым, но он не хочет быть заключенным в тюрьму. Ты пытаешься владеть кем-то, тобой пытаются владеть. И вы начинаете отдаляться, потому что не хотите сидеть в тюрьме. Чем меньше ты владеешь, тем ближе ты чувствуешь себя к другому. Если ты совсем не владеешь, если только свобода течет между влюбленными, это — великая любовь.

— Но как мне объяснить это Женьке, богиня? Ведь, если одна из нас хочет владеть, то…

— Поэтому ты бежишь из тюрьмы. Но ты не можешь бежать вечно. Любовь — это ценный опыт. Расскажи ей об этом. И позволь случиться тому, что будет дальше.

— А если я думаю, что знаю, что будет дальше, Гуаньинь? Я не хочу возвращаться в тюрьму, обратно.

— Если ты не хочешь, то не вернешься. Наслаждайся. Делай только то, что хочешь. Тебе просто нужно проснуться, открыть глаза маленьким ребенком, который не знает об этом мире ровным счетом ничего. Для ребенка нет тюрьмы. Просыпайся!

Когда я проснулась, то сказала ей спасибо. Мне показалось, что Гуаньинь меня услышала со своей ставосьмиметровой высоты.

Есть несколько изначальных данностей в жизни каждого человека, которые при приближении к ним, при попытке их понять и принять, становятся серьезными, и практически неразрешимыми проблемами. Одна из таких данностей — свобода личного выбора, понимание того факта, что мы способны сделать свою жизнь абсолютно любой, по своему усмотрению. Мы можем жить в любой стране, в мегаполисе или в маленьком горном поселке, мы можем посвятить время тому, чтобы стать рок-звездой, богатым человеком, художником, учителем или пасти овец, любуясь вершинами горной гряды под лучами восходящего солнца. Все, что мыслится нами, как «обстоятельства» — привязанность к близким, долг, безденежье, недостаток образования, внешность, черты характера — все это устранимо.

Трагедия заключается и в том, чтобы понять, что, действительно, «все в наших руках», и ответить себе на простой вопрос: чего я по-настоящему хочу? И размытых ответов недостаточно для того, чтобы реально изменить свою жизнь, стать ее автором от и до, взять на себя ответственность за мысли, чувства, желания и действия. Мы все хотим быть здоровыми, красивыми, преуспевающими и реализовавшими свои таланты и способности. Мы все хотим, чтоб нас любили, принимали такими, какие мы есть, ценили за наши поступки, одобряли, поддерживали, уважали.

Но этих желаний недостаточно, чтобы сделать конкретный шаг. Поэтому я спрашиваю у себя: «О чем ты мечтаешь?» О чем я мечтаю по-настоящему? Каким образом я хочу жить, чтобы быть счастливой?

На пути к решению этих вопросов стоят еще несколько данностей. Смерть. Моя и всех, кто мне близок. Одиночество перед лицом как смерти, так и жизни. Экзистенциальное одиночество, пропасть между «Я» и «Другими». Чем более развит человек, тем больше он осознает свое тотальное одиночество. Любовь, влюбленность даже, рассеивают тревогу, страх, возникающий у каждого из нас, когда мы понимаем свою индивидуальность и одиночество на пути к пониманию себя. Поэтому отношения, какими бы они не были, это некая потеря осознания себя, как отдельной единицы. Эта потеря себя спасительна на короткий или долгий срок, но суть проблемы одиночества в том, что она неразрешима.