Ирина Солодченко - НЕЕСТЕСТВЕННЫЙ ОТБОР

А Раиса Петровна тем временем нажимала на форель… Ничего другого не оставалось, как подлить коньячку и произнести тост за упрощение бухгалтерского и налогового учета. Зоя Степановна хряпнула рюмку и вздохнула…

– Что ж, Мариночка Алексеевна, сейчас всем нелегко. Как было все понятно в советском бухгалтерском учете! Четкие инструкции. Вразумительные правила. А потом… началась перестройка и пошли писать, что мы будто бы отстали от мирового сообщества. Моя подруга всю жизнь работала на кафедре бухгалтерского учета, а теперь – на кафедре эккаунтинга. Я одно время была членом Методологического совета при Минфине, так меня там все считали ретроградкой! Ну скажите, пожалуйста, – расходилась Зоя Степановна, не забывая при этом нацеплять грибочек на вилку, – как можно при оприходовании мебели каждый раз размышлять, принесет ли она в будущем экономическую выгоду? В специализированных журналах нам замыливали глаза тем, что бухгалтер – это особая профессия, а новый учет поднимет наш престиж и соответственно зарплаты! А называть нас будут «привилегированными бухгалтерами»! А какие гранты под это выделялись… Такие гранты, что люди озолотились, детей в Англиях повыучивали, недвижимость в Парижах поприобретали… А мы теперь мучаемся с этими стандартами…

За соседним столиком веселились трое ребят и две девушки. «Вот… развлекаются», – завистливо подумала Марина… А она должна здесь сидеть с этими тоскливыми тетками, поддакивать им и подливать винца… За другим столом рыжий упитанный старик, одетый не по-нашему (слишком ухоженный) и с большим кошельком на поясе что-то втирал восхитительной девушке с полными губами. Донесся английский язык. Девушка заглядывала деду в глаза и искусственно смеялось.

Вдруг на входе нарисовался Виталий. Он демонстративно постучал пальцем в запястье, спрашивая знаками, долго ли они еще будут сидеть. Махнула ему рукой, чтобы подошел, а сама пододвинула к проверяющим горшок с курицей.

Виталий присел рядом как раз в тот момент, когда Зоя Степановна вытягивала кончиком пальца куриное бедро (наверное, прочитала в Книге о вкусной и здоровой пище, что курицу едят руками). Нисколько не смутившись, бабера обтерла локоть салфеткой и принялась оправдываться:

– Курицу едят руками!

– Разве что дома, – пробормотал Виталий.

– А вы? – спросила Марина Раису Петровну, чтобы изменить тему разговора. – Давно на аудиторской ниве?

– До перестройки я работала ревизором в финуправлении, – беззаботно начала «пичуга» исповедь о своих мыканьях. – А потом быстро сориентировалась, что аудит – это новое перспективное дело. И не прогадала! В 1995 году я уже руководила собственной фирмой, и целый год мы жили – не тужили. А когда обязательный аудит отменили – спрос на наши услуги резко сократился. Это были тяжелые времена… Одни обанкротились, другие начали сотрудничать с «Большой Шестеркой». Собственно, эта «Большая шестерка» и отобрала у меня самые крупные предприятия… Оставалось одно – зарабатывать на консультациях и проверять всякую мелочевку. Некоторое время держались, а потом дела совсем разладились… И тут ко мне напросилась на работу Ольга, одна моя знакомая. Немного поработала, рассмотрелась, проверила несколько фирм и уговорила меня параллельно вести бизнес. А что было делать? Фирма разваливалась на глазах… Она убедила меня перепродать вагончик зерна и тем самым обеспечить безбедное существование по крайней мере на год. Я знала эту женщину, как жену одного своего приятеля из интеллигентной профессорской семьи… А у меня был далекий родственник в Белоруссии, Яша, и он охотно согласился купить это зерно. И что вы думаете? Пришла эта особа прямо в офис в странной одежде – крагах, высоких кирзовых сапогах, летной куртке со шлемом, показала мне документы и сказала, что едет грузить наш вагон. А мы действительно (в документах я все-таки разбираюсь) через подставную фирму приобрели вагон зерна. С легкой душой я позвонила Яше, чтобы тот встречал товар, а Ольга пошла… и пропала! Я снова – к Яше, а дозвониться-то не могу! В конце концов, на следующий день трубку берет его жена Людочка и говорит, что Яша нежданно-негаданно умер! А Людочка ничего ни о каких вагонах знать не знает, потому как ей не до этого. Так я потеряла родственника, хоть и далекого, и вагон с зерном, и последние деньги…

– А даму эту вы нашли? – спросил Виталий, заслоняя рот рукой.

– Даму-то нашли, но оказалось, что она на учете в психоневрологическом диспансере. А выловили ее аж на белорусской границе… В этом своем диковинном костюме она сидела на зерне в товарном вагоне.