Сара Уотерс - Маленький незнакомец

Впечатление Каролины было сходным.

— Мы чувствуем себя раздетыми, — пожаловалась она, когда я заглянул к ним в середине января. — Это похоже на нескончаемый страшный сон, в котором голой разгуливаешь по улицам. Но мы сами так решили, ничего не поделаешь. Утром пришло письмо от доктора Уоррена — улучшений нет; по-моему, Роду стало хуже. Одному богу известно, когда он вернется. Денег от сделки хватит, чтобы прожить зиму. Весной к ферме подведут воду. Макинс говорит, тогда все изменится.

Мы сидели в малой гостиной, поджидая миссис Айрес. Каролина потерла лицо, пятами ладоней придавив глаза.

— Не знаю… все так неопределенно. Да еще это! — Она беспомощно кивнула на письменный стол под ворохом бумаг. — Канцелярщина удушает, точно плющ, ей-богу! Совет графства требует, чтобы каждая бумага сопровождалась двумя копиями. Мне уже сны снятся в трех экземплярах!

— Вы прямо как ваш брат, — остерег я ее.

— Не говорите так! — испугалась Каролина. — Бедный Родди, теперь мне ясно, почему дела его сожрали. Это словно в азартной игре: думаешь, что на следующей ставке непременно повезет. Знаете что? — Она завернула обшлаг свитера и протянула мне руку. — Пожалуйста, ущипните меня, если я опять заговорю как Родерик.

Я ласково пожал ее запястье, которое и ущипнуть-то было не за что — веснушчатая рука так исхудала, что походила на мальчишечью, а красивой формы ладонь казалась еще крупнее и, как ни странно, женственнее. Встретив мой взгляд, Каролина улыбнулась и мягко потянула к себе руку, в которой чувствовалась каждая косточка, а меня нежданно окатило волной нежности. Я ухватил ее за кончики пальцев и серьезно сказал:

— Осторожнее, ладно? Не увлекайтесь. Или разрешите вам помогать.

Каролина смущенно высвободила пальцы и сложила руки на груди:

— Вы и так уже очень помогли. По правде, я не представляю, как бы мы без вас справились со всем, что было. Вам известны все наши тайны. Вам и Бетти. Забавно! Хотя работа врача в том и состоит, чтобы узнавать чужие секреты. Отчасти в том же и работа служанки.

— Надеюсь, я ваш друг, а не только врач.

— Конечно друг, — машинально ответила Каролина и, помолчав, повторила, уже гораздо теплее и с большей убежденностью: — Вы друг. Бог его знает, зачем это вам, ибо мы для вас всего лишь обуза. Будто вам мало пациентов. Вы не устали от обуз?

— Я люблю все свои обузы, — чуть улыбнулся я.

— Ну да, с ними вы при деле.

— Одни определенно хороши для дела, другие я люблю просто так. О них я забочусь. Я за вас переживаю.

Я слегка выделил слово «вас», и Каролина рассмеялась, но взгляд ее стал испуганным:

— Господи, зачем? Я в полном порядке. Я всегда в порядке. Это мой пунктик, вы не знали?

— Хм. Вы бы меня убедили, если б при этом не выглядели такой усталой. Почему бы вам…

— Что? — наклонила голову Каролина.

Я уже давно хотел ей это предложить, да все не было подходящей минуты.

— Почему бы вам опять не завести собаку? — выпалил я.

Мгновенно лицо ее стало замкнутым, она отвернулась.

— Не хочу.

— В понедельник я был на ферме Гороховый Холм, — не унимался я. — Там ощенилась сука, красавица ретривер.

Каролина набычилась, и тогда я мягко добавил:

— Никто не скажет, что вы предаете Плута.

— Не в том дело. — Она покачала головой. — Это… небезопасно.

— Для кого? — вытаращился я. — Для вас? Или миссис Айрес? То, что случилось с девочкой, не должно…

— Вы не поняли, — сказала Каролина и неохотно добавила: — Небезопасно для собаки.

— Что?!

— Наверное, я выгляжу глупо… — она смотрела в сторону, — но иногда меня одолевают мысли о том, что брат говорил про дом. Мы сплавили Родди в клинику, верно? Избавились от него, потому что это легче, чем прислушаться к его словам. Последнее время я его почти ненавидела. Что, если он так сильно заболел именно от нашей глухоты и ненависти? Что, если…

Нервничая, Каролина натянула обшлага вязаного свитера на ладони, высунув большие пальцы в просвет между петлями.

— Иногда мне кажется, что дом и впрямь изменился, — тихо сказала она. — Не знаю, то ли я его иначе воспринимаю, то ли он меня, или же… — Каролина взглянула на меня, и голос ее дрогнул: — Наверное, вы считаете меня чокнутой.

— Я никогда не считал вас чокнутой, — помолчав, ответил я. — Вполне понятно, что дом и ферма в их нынешнем состоянии наводят тоску.

— Тоска, — повторила Каролина, шевеля высунутыми пальцами. — Думаете, в этом все дело?

— Уверен. Наступит весна, вернется Родерик, имение встанет на ноги, и настроение ваше изменится. Вот увидите.