Оганес Диланян - Уролога. net

Словом, воцарилась СИТУАЦИЯ, столь характерная для всех мест скопления армян числом более двух и обожаемая ими же. Размахивания руками и старания перекричать друг друга приняли угрожающий характер.

СИТУАЦИЮ спас дед невесты. Потеребив себя за левый ус, он походкой тифлисского князя с достоинством подошел к новоиспеченному мужу своей внучки, обнял его и сказал:

— Приноси хоть мешок красных яблок — право и честь твоя! Но ежели принесешь хоть одно коричневое — не знать тебе моего уважения и почета! А теперь, как говорят русские, ГОРЬКО!

…Ах, если бы он только последнюю фразу прокричал не в микрофон… Но, обняв Ашота, он оказался в каких-то несчастных двух сантиметрах от сего девайса… По сей день, в редкие моменты ссор с женой, Ашот достает DVD-запись их свадьбы, перематывает на семнадцатую минуту и, победно подняв палец, заявляет:

— Молчи, женщина, ибо уважение и почет твоего деда мне могут стать не так уж и дороги!

Надо сказать, что на его жену, вольнодумщицу и феминистку, сия фраза оказывает магическое действие…

Кое-как разобравшись, церемониймейстер посадил всех дорогих гостей за столы. Началось армянское празднование свадьбы.

Несколько традиционных тостов, скучных, ибо они неизменно звучат на каждой свадьбе на протяжении пяти тысяч лет, произнесли самые близкие и родные. Дальше наступила очередь кавора. Необходимо отметить, что одной из обязанностей крестного является вручение денег тому официанту, который приносит шашлык молодым.

Но наш крестный оказался большим оригиналом…

— Дорогие муж и жена! Дорогие и уважаемые родители мужа и жены! Дорогие и уважаемые деды, прадеды, бабки, прабабки мужа и жены! Дорогие неженатый брат и незамужняя сестра, дорогая моя собственная жена!

Присутствующие благоговейно слушали крестного.

— Как вы все знаете, недавно в республиканской больнице в реанимацию попали двое рабочих, откушавших несвежее мясо!

Пожалуй, единственными удивившимися стали Диланян и Гехандухт-Рипсиме Артаваздовна, сидевшие по левую руку от жениха. Остальные «дорогие и уважаемые» безропотно слушали эту ахинею, никак не связанную со свадьбой.

— Но у нас ничего подобного не будет! — воскликнул крестный. — Ибо мясо для наших дорогих мужа и жены будет самым свежим!

Гвалт аплодисментов, пожеланий счастья и всяческих благ был ему ответом. Но крестный постучал вилкой по микрофону, намекая, что еще не все сказал… Двести человек покорно замолчали, а по спине Диланяна пробежали мурашки, он вдруг почувствовал недоброе.

— И вот почему! — громогласно заявил крестный и хлопнул ладонью по столу.

Примерно с секунду не происходило ничего. Дальнейшее вспоминается отдельными кадрами.

В зал зашел официант с мешком в руке. Встал в центре. Медленно развязал мешок. И отпрыгнул.

Из мешка пулей вылетел… поросенок. Поправка: обезумевший поросенок. Шлепнулся на мраморный пол, перебрал пару раз копытцами, взвизгнул пару раз и метнулся в лес ног под столами.

Зал вздрогнул. Начался переполох.

Официанты на карачках ползали под столом, свинья пронзительно визжала, гости повскакивали с мест…

Неизвестно, чем бы это все закончилось, не будь на свадьбе овцепаса Мовсеса.

С трудом запихнувшись под стол, непостижимым образом убрав внушительный живот куда-то в глубины самого себя, овцепас Мовсес издал ряд странных звуков, отдаленно похожих на «кхчпут-кхчпут-кхчпут». Неизвестно, это ли послужило причиной, но свинья резко остановилась, что позволило овцепасу поймать ее за заднее копытце.

Вылезал овцепас из-под стола как минимум национальным героем. Двести благодарных взглядов были обращены в его сторону, ему все улыбались, в глазах женщин читалось восхищение, мужские же глаза, напротив, пылали завистью.

Церемониймейстер, правильно оценив ситуацию, подошел к овцепасу, спешно уточнив его имя у Диланяна, широко улыбнулся и объявил:

— Слово Мовсесу!

Дальнейшие пятнадцать минут двести уважаемых гостей, среди которых были врачи, учителя, бизнесмены, прокуроры и даже один еврей, молча и со вниманием слушали пространную лекцию о способах поимки свиней в общем и безумных поросят среди безумной же толпы в частности…

Свинью зарезать-таки не дали. Она, как истинная героиня свадьбы, до сих пор живет на ферме овцепаса Мовсеса. Надо отметить, что эта замечательная свиноматка уже родила двадцать два поросенка…