Джон Краули - Эгипет

А за теми горами — плодородные долины, город и море. Задание было впереди, простираясь словно бы во времени, а не в пространстве, в плоти времен и все же в пределах досягаемости, да и страна, в общем-то, была ему знакома, он знавал ее и когда-то пересек ее всю.

Пирс вышел в путь, отправившись обратно в забытье, крепко заснув в самом сердце Дальних гор, и проснулся только тогда, когда Споффорд начал колоть щепу, чтобы приготовить завтрак, и аромат горящих яблоневых поленьев заполнил собой зябкое утро.

— Значит, завтра ты уезжаешь? — спросил его Споффорд.

— Да, наверное да.

— Ну, что ж. Тоже вариант — Он вытянул руки к печке, растопырил пальцы — Холодно, — сказал он — Лето, считай, кончилось.

За окном быстро поднимающаяся из долины и со стороны реки дымка замутила ясное солнечное утро. Пирс сунул руки в карманы и потеснее прижал к бокам руки, сейчас, пожалуй, даже и в городе, подумал он, было бы достаточно свежо, лужи на асфальте, свежий, промытый дождем воздух.

— Утром из Откоса идет автобус, — сказал Споффорд — Точного времени я не знаю, но мы его все равно поймаем.

Он усмехнулся:

— Если, конечно, ты теперь не передумаешь и не решишь остаться.

Он разбил в миску очередное яйцо, потом остановился, поднял голову и внимательно посмотрел на Пирса. Пирс стоял в дверном проеме, молчал и явно был где-то не здесь.

— Ты что, не выспался?

— Что? А, да, нет, все в порядке. Сны какие-то странные. — Его передернуло дрожью. — Теперь вот почти ничего не помню. Когда проснулся среди ночи, помнил все до последней мелочи. А теперь забыл.

План. План, жемчужина целесообразности, дистиллированный смысл забытого сна, это он сохранил. Он повертел его про себя так и эдак, как будто ощупывал пальцами. Что ж, и то дело. Все взаправду. Ему даже стадо теплее, как будто от красной шерстяной рубашки, которую сунул ему Споффорд; теплее, и на лице улыбка. Первое, что он сделает, когда вернется в город, так это звякнет Джулии Розенгартен. Которая, услышав его голос в трубке, вне всякого сомнения, очень удивится. Н-да, так как же, в конце концов, называется это ее литературное агентство? Что-то такое жутко амбициозное, из классического афоризма, он начал рыться в памяти; per ardua ad, ах да, конечно: литературное агентство «Астра». [58]

Скалистая дорога к звездам. Ну, что же.

Пусть так. Веди свою торговлишку, как сказал старина Барр, сквозь смешок, в уютном тихом погребке в Ноуте; веди свою торговлишку, и торговлишка выведет тебя в люди. И да будет так. К доброму куску хлеба могут вести разные способы, а у него как-никак это был единственный способ заработать на кусок хлеба.

— Ага, — сказал он, принимаясь за Споффордову яичницу; в силу каких-то непонятных ему самому причин он был зверски голоден. — Вперед. Долг превыше всего. Будущее.

— Надеюсь, ты еще вернешься, — сказал Споффорд. — раз уж теперь все равно протоптал сюда дорожку.

В силу каких-то иных, но столь же непонятных причин Пирс вдруг увидел Споффордову Роузи, и как она поднимается из глубин. В горле у него вдруг оказалось полным-полно крошек от тоста, он закашлялся и принялся деловито оглядываться по углам, но собирать и паковать все равно было нечего: приехал налегке, налегке и уеду.

— Друзей забывать нельзя, — сказал Споффорд. — По крайней мере, я своих стараюсь не забывать. Здесь, в общем-то, даже и поговорить, если по уму, не с кем, а мне этого иногда так не хватает.

— Знаешь, я уверен, что обязательно вернусь, — сказал Пирс. — Рано или поздно.

— А куда ты денешься, — поддакнул Споффорд. Он налил в кружки дымящийся кофе. — Конечно, вернешься. Уж я об этом позабочусь.

Роузи въехала в Блэкбери-откос на пикапе, в кузове которого, как это ни смешно звучит, уместилась вся ее жизнь; у нее была назначена встреча с Аланом Баттерманом. Она немало времени потратила на то, чтобы как следует одеться; начала с жакетов и юбок, но найти такую пару, чтоб были разом не мятые, по сезону и на вид приличные, не получилось; потом она подумала (первый в жизни визит в юридическую контору): нет, это же не собеседование с работодателем, скорее что-то вроде похода к зубному врачу, одеться нужно так, чтобы чувствовать себя удобно, — и поверх фланелевой клетчатой рубашки, свежей и пахнущей домашней выпечкой, надела вчерашний комбинезон. Миссис Писки держала Сэм за руку, и они помахали ей с крылечка так, словно мама уезжала навсегда.

Пока-пока.