Елена Черникова - Зачем?

- Нет...

- Вы работали в генетике, директорствовали в важнейшем и умнейшем институте, ни секунды не задумываясь над сутью своей деятельности. Вы были веселы и беспечны. Подавляющее большинство ваших коллег отдают себе отчёт в своих мотивах: жажда власти, славы, денег... Они все, миленькие, понимают чёрную побудительность своих изысканий. А вы так просто и безрассудно прощебетали столько лет! Вот и получили.

Мария подумала, что их разговор по мобильному сильно затянулся, выходит очень дорого, и батарейка сядет, а на станции беседу запеленгуют. Впрочем, что уж теперь.

- Не беспокойтесь, - сказал Ленин, - нас никто не слышит, и батарейка не сядет. Я тоже кое-что умею. В конце концов, электрификацию всей страны придумал я. С товарищами, - добавил он.

- Я, Владимир Ильич, так жить не хочу, - решительно сказала Мария.

- От вас теперь мало что зависит. Разве что найдётся противоядие...

- А это возможно? - разволновалась Мария.

- Всё возможно. Никто не может выдумать ничего, что отсутствовало бы в Природе. Всё есть, всё предусмотрено.

- Так почему вы не скажете мне всю правду?! Вы же так любите правду! - закричала Мария. - Вы же должны знать - где мои пропавшие сотрудники, есть ли противоядие и где оно, вы же... там... сверху всё видите!

- Так я это заслужил, дорогуша. А вы ещё нет. Вы ещё не расплатились за беспечность. Ваш урок ещё не выучен, а я давно зарёкся вмешиваться в чужие уроки. Я могу только чуть-чуть приоткрыть вам глаза. Я ведь приоткрыл?

Сердце Марии колотилось в горле. Она задыхалась от ярости, от беспомощности, от миллиона чувств и ничего не могла поделать с невероятным собеседником, беспардонно взявшимся учить её уму-разуму. А его экскурс в православие! Кто бы говорил!..

- Мария Ионовна! Прекращайте сердиться! Не надо так пыхтеть в трубку! И постарайтесь не разбить ваши телефоны. Пригодятся.

- Спасибо! - прорычала Мария и отключилась от беседы.

Не оглядываясь на Мавзолей, она пошла к Васильевскому спуску. Наступила душная июльская ночь. Было липко, противно, очень хотелось помыть осточертевшую бессмертную кожу.

"А, была не была! Позвоню Аристарху Удодовичу! Раз Ленин говорит, что погоня временно обезврежена..." И она позвонила ему на мобильный.

- Голубушка! - воскликнул счастливым голосом завхоз. - Вы живы!

- Не смешно, дорогой Аристарх Удодович. Мне в ванную залезть хочется, можно к вам?

- Конечно-конечно, дорогая Марионна, только если вы не опасаетесь...

- Мне уже нечего опасаться.

- Вас ищут! - прошептал завхоз.

- Вот удивили! Что с вами?

- Вас наши ищут!

- Кто такие? Чьи?

- Помните синеглазого, который вам укольчик тот самый сделал?

- Ну? - похолодела Мария.

- Он вчера в институт приходил. Как ни в чём не бывало. Спрашивал: где наша начальница? А то я с ней, говорит, чаю так и не попил.

- И что вы сказали?

- Я, понятно, ничего не знаю, никого не видел. А он мне дал свою карточку и просил вам сказать его телефон и адрес, если найдётесь.

- И адрес?!

"О Боже, неужели всё так просто, неужели все эти изнурительные приключения закончатся так же внезапно, как начались?" Мария аж запрыгала.

- Аристарх Удодович, я к вам приеду, ладно?

- Да я ж в институте. Ночное дежурство. Вы как ушли, так все потихоньку стали уходить. Даже сторож. Вот я за всех, кто сбежал...

- А что там охранять-то? - горько сказала Мария.

- Помещение. Москва же. Все хотят помещение. Золотая пора для реконструкций, руинирования, инвестирования, супербизнес...

- Один завхоз-охранник не может защитить такое громадное помещение. Вы там для очистки совести сидите?

- Потом объясню. Считайте, что для очистки. А вообще - лучше сюда не приезжайте. Сердцем чую.

- А телефон мерзавца?

- Запишите. - Он начал диктовать.

Мария набрала первые цифры и запнулась. Глядя в мониторчик квадратными глазами, она почти физически ощутила на своём бессмертном горле удавку. Аристарх Удодович диктовал ей её собственный домашний телефон и адрес.

Мар Марыч, крупно промахнувшийся с телевизионной аферой, сидел в домашнем бассейне и страдал. Бессмертие, окружавшее его со всех сторон в виде негодяйки Ильзе, припрятавшей негодяйку мышь, в виде несгибаемых и простодушных Ужовых, отца и сына, с их русским духом, - всё было близко, под рукой, но недоступно без насилия. А он хотел получить инфекцию без насилия. Он хотел Подарка Судьбы. Он уже получил упаковку для подарка, принял знаки, сигналы, намёки, - ведь к нему же, лично к нему попали эти несчастные по уникальному стечению таких обстоятельств, каких не придумаешь головой!