Пол Остер - Музыка случая

Задание пришлось Луизе явно не по душе, и она недвусмысленно дала это понять тем, что все время, пока разбивала яйца и поджаривала бекон, ни разу к ним не обратилась и только бранилась себе под нос, будто Стоун таким поручением оскорбил ее в лучших чувствах. Глядя на нее, Нэш понял, как все переменилось. Они с Поцци, утратив свой прежний статус, отныне здесь больше не гости. Они превратились в наемных рабочих, бродяг, которые клянчат объедки у черного хода. Не заметить перемену в Луизе было невозможно, и, сидя в ожидании завтрака, Нэш удивлялся лишь тому, как быстро она их разжаловала. Шестнадцать часов назад Луиза была сама вежливость, а теперь смотрела с презрением, даже не пытаясь его скрыть.

Однако ни Флауэр и ни Стоун ей ничего не сказали. Будто бы в доме было скрытое радио, которое и сообщило, что они теперь стали никто или, во всяком случае, ниже кухарки.

Однако завтрак она приготовила отменный и подливала кофе, подкладывала тосты, пока их не накормила. После еды глаза начали слипаться, и они, чтобы не уснуть там же в кухне, полчаса молча курили. Наконец сказалась бессонная ночь, разговаривать не было сил. Поцци в конце концов задремал, а Нэш так и сидел, уставясь перед собой в пространство.

В начале одиннадцатого, топая и бряцая ключами, в кухне появился Меркс. От шума Нэш сразу пришел в себя и встал со стула раньше, чем Меркс успел подойти к столу. Поцци спал, ни на что не обращая внимания.

— Что с ним такое? — спросил Меркс, показав на Поцци большим пальцем.

— У него была трудная ночь, — сказал Нэш.

— Вообще-то, насколько я понял, у тебя она была не лучше.

— В его возрасте больше спят.

Меркс на секунду над этим задумался, потом сказал:

— Один из вас Джек, другой Джим. Ты, парень, кто?

— Я Джим.

— Значит, он — Джек.

— Правильно. Дальше проще. Я Джим Нэш, он Джек Поцци. Выучишь легко.

— Ага, уже выучил. Он что, испанец или кто?

— Вроде того. Он прямой потомок Христофора Колумба.

— Шутишь?

— Какие шутки. Такого нарочно не придумаешь.

Снова Меркс замолчал, будто переваривал новость. Потом перевел на Нэша взгляд своих слишком светлых голубых глаз и сменил тему.

— Ваши вещи я перенес в джип, — сказал он. — Ваши сумки и пленки. Подумал, вдруг вам захочется, чтоб они были при вас. Говорят, вы у нас надолго.

— А где моя машина?

— Отогнал домой. Если хочешь, бумаги подпишем завтра. Куда торопиться?

— Хочешь сказать, они отдали ее тебе?

— Кому ж еще? Им она не нужна, Луиза купила себе машину месяц назад. По мне, так очень даже хорошая машина. Ход хороший.

От этих слов Нэш будто бы получил под дых и стоял, буквально еле сдерживая слезы. До этого момента он и не думал про «сааб», а теперь, ни с того ни с сего, на него вдруг обрушилось чувство утраты, будто он потерял лучшего друга.

— Конечно, — с трудом выдавил он, стараясь взять себя в руки. — Бумаги можно подписать и завтра.

— Вот и ладно. На сегодня нам и так есть чем заняться. Дел хватит. Сначала определим вас, ребята, а потом покажу вам площадку. Не поверишь, сколько там камней. Гора да и только, самая настоящая гора. В жизни их столько не видел.

К полю от дома дороги не было, так что Меркс их повез через лес. Явно привыкший к такой езде, он погнал, не снижая скорости, по камням и колдобинам, по выползшим из земли старым корням, резко бросая джип в сторону, виляя между деревьями и криком предупреждая, чтобы береглись веток. Мотор ревел, и белки и птицы при их приближении врассыпную неслись спасаться в густом полумраке листвы. Минут через пятнадцать этой гонки деревья вдруг расступились, и они вырвались на зеленую опушку, заросшую кустами и тощим подлеском. Дальше лежало поле. Первым, что там увидел Нэш, был светло-зеленый фургон, установленный на фундаменте из бетонных плит, а потом заметил и громоздившиеся на другом краю поля останки фамильного замка лорда Малдуна. Камни лежали там не горой, как сказал Меркс, а скорее как горная цепь — с десяток хаотично сваленных, неровных груд, разной высоты, на разном расстоянии друг от друга, похожих на оставленные в беспорядке детские кубики. Поле было намного больше, чем ожидал Нэш. Окруженное со всех сторон лесом, скошенное, размером в три или даже четыре футбольные площадки, плоское и безмолвное, как дно озера, оно казалось огромным. Нэш оглянулся, поискав за деревьями глазами дом, но дома было не видно. Нэш думал, что Флауэр и Стоун будут за ними следить в бинокль или телескоп, заранее чувствуя на себе их взгляды, но, как оказалось, к счастью, их разделял лес. Сама мысль о том, что лес их укрыл, принесла облегчение, и, выпрыгивая из кузова джипа, Нэш радовался этому так, как будто вернул себе часть свободы. Да, здесь он будет отрезан от всего мира, однако и в этом, глухом и печальном клочке земли тоже есть своя прелесть, и здесь тоже можно найти покой. Не зная, о чем бы еще подумать, Нэш предпочел на том и остановиться.