Роман Сенчин - На черной лестнице (сборник)

Молодой человек потребовал меню, долго его изучал, морщился, цокал языком.

– Мда-с, – сказал наконец, – это уж слишком…

Скрывая презрение, официант учтиво ответил:

– Как вам угодно.

Уже собираясь вернуть ему красивую папочку, молодой человек заметил что-то интересное.

– Погодите, а вот это… ад… жип… сандал, что такое?

Официант объяснил мгновенно потеплевшим голосом:

– Нечто вроде овощного рагу. Грузинское блюдо.

– Да? И вкусно?

– М-м, – обидчиво покривил губы официант, – вкусно, конечно.

– А почему так дешево? Двадцать пять рублей порция…

– Гм…

– Понятно, – молодой человек снова стал изучать меню. – Хорошо-о.

Девушки были во втором танцзале. Они сидели на диванчике и смотрели, как топчутся редкие парочки. Молодой человек подошел к ним.

– Позвонил, новости неважные – завтра в Ригу лететь. Во-от… – И предложил ненавязчиво: – Не хотите ли перекусить слегка? Чтоб, как говорится, голод не мешал отдыхать. Согласны?

Девушки не сразу, но согласились.

Усаживая их за столик, молодой человек говорил:

– Я, признаться, вегетарианец. И, извините, всем советую исключать мясо. Молоко, йогурты, сыр – это нормально. А мясо… От него грубеешь и физически, и морально.

В ответ девушки согласно, уважительно кивали. Они сидели напротив молодого человека, и он заметил, что им неловко здесь, они ерзают на стульях, нервно озираются.

– Так-с, значит, – обратился молодой человек к официанту, – нам, пожалуйста, три аджип… сандала, десяток сырных канапе, три салата-латук и… и триста граммов водки… «Смирнофф», да.

– Всё? – уточнил официант.

– Пока всё.

Когда официант удалился, молодой человек потер руки и затем быстро снял пиджак, повесил на спинку стула.

– Аджипсанда-ал, – протянул мечтательно, – замечательнейшая вещь. Не пробовали? Грузинская кухня! Эх, Сухуми, Гагры… Кстати, мы же до сих пор как следует и не познакомились! – вспомнил он. – Виталий. А вас?..

Симпатичная назвалась Леной, а та, что в сиреневом, – Анжелой.

– Отличные имена!

Официант принес салаты, канапе и запотевший графинчик.

– Аджипсандал придется подождать. Готовим.

– Хорошо, – кивнул Виталий и жестом велел официанту наполнить рюмки; тот наполнил.

– Что ж, за знакомство!

Чокнулись, выпили. Съели по одному канапе.

– Вы здесь всю ночь проведете? – спросил Виталий.

– Нет, скоро по домам, – цепляя на вилку зеленые листья, ответила симпатичная Лена. – Завтра к десяти на работу…

– И где работаете, коль не секрет?

Девушки посмотрели друг на друга, совещаясь взглядами – сказать или нет. Потом Анжела уныло призналась:

– В парикмахерской.

– Да? Отлично!

– Чего же здесь отличного?

– Как же. – Вадим понемножку подлил в рюмки, – буду посещать ваш салон, если он, конечно, на уровне. Ха-ха! По знакомству-то слишком топорно обкорнать не должны. Так? – И, сменив шутливый тон на серьезный, он спросил: – Адресок можно ли узнать?

– У нас не салон, – по-прежнему уныло сказала Анжела, – простая парикмахерская.

– Н-ну, бывают и салоны такие, что так обкорнают – хоть налысо после них брейся. – Виталий достал маленький органайзер и ручку. – Так, записываю. Может, я стану вашим постоянным клиентом. У, неплохо?

Девушки помялись, снова попереглядывались, и Лена сказала адрес.

Запахло ароматом специй, тушеных овощей; официант принес аджипсандал.

– У-у, – застонал Виталий, берясь за вилку, – налетай, девчата!

Посидели неплохо. Девушки были довольны. Молодой человек проверил поданный счет, расплатился. Когда вышли из ресторана, он сказал:

– Цены, конечно, неслабые. Я имею в виду, для обычных людей. Надо будет пустить в журнале матерьяльчик, ха-ха!

Девушки тоже хихикнули.

Потом танцевали. Молодому человеку приятнее было танцевать с простенькой Леной, но он не обижал и Анжелу – по песне с каждой.

Потом выпили по бутылке «Балтики», и в начале четвертого девушки засобирались домой.

– Как же вы доберетесь? – удивился Виталий. – Метро закрыто еще.

– Да нам тут рядом, полквартала…

– Что ж, понимаю, – вздохнул он, – работа есть работа. Я тоже скоро отправлюсь, надо выспаться перед самолетом. В Ригу лечу, насчет распространения журнала. Там у них какие-то препоны ставят, дескать, «ОМ» – слишком русский. Хм! Конечно, мы ориентируемся на Россию, во-первых. А как же иначе?.. Полечу вот теперь разбираться…

Анжела и Лена смотрели на него с уважением и завистью.

– Везет, – вздохнула Лена. – Я на самолете только в детстве летала. Уже почти и не помню…