Марк Далет - Орбинавты

— Красиво, — согласился юноша. — Как начало касыды [2] Касыда — жанр средневековой мусульманской поэзии. Ибн аль-Араби. Но что же это за рукопись? Почему именно я должен ее беречь?

— Так уж получилось, что нашей семье выпала особая честь быть хранителями этого бесценного знания.

Дед замолчал, задумавшись, и стал от этого еще более морщинистым. То ли он подбирал подходящие слова, то ли вообще забыл, о чем шел разговор. В последнее время он мог подолгу молчать, сидя в полной неподвижности, и казалось, что он спит с открытыми глазами. Алонсо, зная эту его черту, не торопил старика.

В дверном проеме под колеблемой ветром занавеской возник Саладин и уселся на самом пороге. Юноша несколько раз причмокнул, подзывая его. Кот любил заставлять упрашивать себя. После нескольких приглашений он наконец милостиво согласился войти в комнату. Мягко перебирая лапами, серый хитрец запрыгнул на диван, потоптал оказавшийся под ним валик и улегся возле Ибрагима. Старик мягким движением провел пальцами по шее Саладина. Кот заурчал.

Продолжая гладить его, дед поведал Алонсо следующую историю.

Много столетий назад, когда великий царь греков Искандер Двурогий [3] Искандер Двурогий (Искандер Зулькарнайн) — так арабы называли Александра Македонского. Прозвище Двурогий было дано из-за его шлема с рогами. привел свое победоносное воинство в Индию, среди его воинов были и иберы [4] Иберия, Иберийский полуостров — древнее название Пиренейского полуострова. . Некоему лучнику из Иберии, имя которого теряется в веках, посчастливилось познакомиться во время похода с учением индийского мудреца, жившего за сотни лет до прихода греков. В Индии всегда процветало множество различных учений и верований, сторонники которых спорили друг с другом до хрипоты, но никогда не воевали из-за веры («Не правда ли, дорогой мой внук, это так не похоже на наши времена, когда справедливость воззрения утверждается силой оружия?»). Одним из них и был тот учитель. Мы не знаем в полном объеме его учений, для этого пришлось бы отправиться в Индию через многочисленные страны, населенные враждующими друг с другом народами. Иберийскому воину удалось узнать лишь очень немногое из того, чему учил тот мудрый человек. В частности — учение о том, что наша жизнь подобна иллюзии, сновидению и что ею можно управлять так же, как и сном.

— Что-то я не заметил, чтобы снами можно было управлять, — не удержался Алонсо, вспомнив свои неудачные опыты.

— Значит, ты пытался это сделать? — торжествующе провозгласил Ибрагим, словно уличая его в чем-то.

Алонсо покраснел и рассеянно оттянул от шеи стоячий воротник.

— Этому можно научиться, — продолжал дед. — И в рукописи подробно написано, как этого добиться. Благодаря воину Искандера, тайное знание пришло на этот полуостров. Позже оно передавалось среди исключительно узкого круга людей и постепенно дошло до нас. Это очень ценные и в то же время опасные сведения. Представь себе, что будет, если люди с нечистыми помыслами научатся одной лишь силой мысли менять мир. Поэтому эти методы необходимо хранить в строжайшей тайне.

— Но если о них вообще никто не знает, то какой же в них прок?

Было видно, что Ибрагим доволен вопросом. А также тем, что вернулась Сеферина с новой порцией кофе и со сладкой пахлавой. Кое-что из сочащихся медом крошек перепало и мурчащему от удовольствия всеядному Саладину.

— Если никто не знает, то и пользы никакой нет, ты совершенно прав, — согласился Ибрагим. — Поэтому в каждом поколении несколько человек были посвящены в тайну. Тебе, Али, предстоит не только сохранить манускрипт, но и самым тщательным образом изучить его содержание. Ты сможешь познакомить с ним тех немногих, которых сочтешь достойными безусловного доверия. Кроме того, очень хотелось бы, чтобы среди них нашелся хотя бы один человек, которому удастся развить способность менять мир силой мысли.

— Как я узнаю, кто сможет развить эту способность? — Юноше вдруг стало еще жарче.

— Вот тут-то и кроется ловушка. Заранее узнать невозможно. Это всегда поиск наугад. Поэтому в большинстве поколений среди посвященных в тайну не было ни одного человека, наделенного даром. Придется тебе довериться сердцу, которое у тебя уже есть, и опыту, который у тебя будет.

— В таком случае я не понимаю, — воскликнул Алонсо, — почему ты уверен, что такая способность вообще существует? Неужели ты просто поверил древней рукописи?