Генри Миллер - Тропик любви

И все же я не делал намеренных попыток узнать ее лучше. Только после того, как она отдала нам свой дом, только после того, как она пережила несколько глубоких кризисов и обрела уверенность в себе, что для менее собранного человека могло кончиться весьма печально, только тогда начались между нами длительные и непростые диалоги, обмен мыслями, который для меня был истинным откровением. Что касается характера и сути ее взглядов — если угодно, ее жизненной философии, — я не решаюсь пытаться изложить ее в нескольких словах. Она сама представила их в небольшой книге, называющейся «Жизненная программа». В этой книге изложена самая основа ее взглядов, кристально ясная и предельно сжатая — никаких темных или общих мест, позволяющая читателю на этом фундаменте выстраивать жизнь по собственному усмотрению. Следствием этой книги стали ожесточенные дискуссии, возникавшие при одном упоминании ее имени. Стоит, наверно, сказать об этом подробнее. Джин Уортон принадлежит к той категории людей, которые, как бы ясно они ни выражались, всегда рискуют быть неправильно понятыми. Ее высказывания, устные или печатные, могут быть совершенно четкими и в то же время пробуждать сомнения, насмешку и беспокойство у тех, кто прочитает или услышит ее. Возможно, это цена, которую человек платит за то, что высказывается с полной откровенностью. Есть, впрочем, хорошее объяснение тому, почему она порою оказывается в подобном парадоксально сложном положении. Дело в том, что ее послание может быть явлено лишь посредством примера. Это нечто такое, что надо испытать самому, а не обсуждать. Именно это обстоятельство и мешает ей кого-то убедить в своей правоте. Рамакришна так сказал об этом:

«Можно прочитать тысячи лекций и ни в чем не убедить практичных людей. Можно ли вбить гвоздь в каменную стену? Вы разобьете голову, а стена этого и не заметит. Ударьте аллигатора мечом по спине, он даже внимания не обратит. В любом священном месте Индии наполнят нищенскую чашу (сделанную из тыквы), но она всегда будет горька…» [148] Евангелие от Рамакришны, Нью-Йорк, Издание Общества Веданты (прим. Г. Миллера).

Тем, кто знает и признает ее, кто борется с самим собой, как она борется с собой, мысли и концепции Джин Уортон ясны и очевидны. Они невозмутимо относятся к тому, что порой у нее встречаются видимые противоречия. Даже к тому, что она, бывает, напускает, так сказать, «туману таинственности». Мы знаем, как извратили высказывания Иисуса. И даже его поступки!

Я, однако, заговорил здесь о Джин Уортон не просто из желания воспеть ей хвалу, хотя считаю это вполне уместным, поскольку в неоплатном долгу перед нею, да к тому же часто из кожи вон лезу, отдавая дань или воздавая должное людям куда менее достойным. Нет, я чувствую необходимость говорить о ней потому, в частности, что с момента своего прозрения она сражается в одиночку. Я прошу читателя принять на веру, что речь идет о необыкновенной личности, о необыкновенной борьбе. Возможно, зря или не к месту я упомянул в связи с нею имя Мэри Бейкер Эдди. [149] Согласно идеям Мэри Бейкер Эдди, легшим в основу разработанной ею доктрины Церкви Христианской науки, смерть и воскресенье Христа являются центральным событием истории, которому суждена решающая роль в спасении человечества. Она расходилась с традиционной церковью в понимании природы Христа, отрицая ее божественную суть (но не его богодуховенность), и видела в его жизни единственный в своем роде образец божественного сыновства, которое, если правильно его понимать, распространяется на каждого человека. «Целительская практика» Христа и его собственная победа над смертью были для нее доказательством того, что все физические недуги и ограничения, налагаемые смертной плотью, могут быть преодолены в той степени, в какой каждая отдельная личность приближается к «духу Христа», то есть глубинному пониманию того, что дух — прежде плоти. По Мэри Бейкер Эдди, единственно реальная жизнь — это жизнь духовная. Сама она испытала прозрение в 1866 г., когда излечилась от тяжелой болезни, почерпнув силы в чтении Библии, и оставшиеся сорок пять лет жизни провела в поисках сторонников и способов применения своих идей на практике. Она проповедовала, что спасение достижимо через исполнение завета Христа исцелять болящих, что исцеления, совершавшиеся Христом, были не чудотворством, нарушавшим естественный закон, но действием Божественной силы, понимаемой как закон духовный. Прим. перев. То, что «Христианская наука» сыграла свою роль в ее жизни, неоспоримо; я бы даже рискнул предположить, роль чрезвычайно важную. Но это все в прошлом. Всякий, кто возьмет на себя труд прочитать «Жизненную программу» Джин Уортон, обнаружит коренное расхождение между ее нынешними взглядами и взглядами Мэри Бейкер Эдди.