Тауфик аль-Хаким - Избранное

Он сказал об этом желании своему денщику-суданцу, и тот ответил, что, когда отряд придет в Тонгу, доктор сможет увидеть и более интересное зрелище. Там туземцы убивают льва короткими копьями.

Экспедиция быстро продвигалась в глубь страны. Во время перехода солдаты добывали себе пропитание охотой: в тех местах водилось много пернатой дичи, жирных лосей и упитанных буйволов. В погоне за хорошей добычей доктор часто удалялся от отряда. Как всякий человек, впервые получивший ружье, он без разбора палил в первого попавшегося зверя или птицу. Денщик-суданец заметил это и предостерегающе сказал:

— Бей в этом лесу любого зверя, кроме обезьяны. Чтобы не случилось беды со всем отрядом, остерегайся причинить вред обезьяне… Не трогай обезьян в этой чаще.

Отряд шел уже много дней, запасы воды иссякли, солдаты изнемогали от усталости. Проводник сказал, что вода будет не раньше, чем через три перехода, когда дойдут до колодца. Иногда лес похож на пустыню: в нем можно найти все, кроме питьевой воды.

Солдаты приближались к колодцу, у которого их ждали отдых и вода. От изнурительного перехода по жаре и жирной пищи жажда стала нестерпимой. За несколько сот метров до колодца доктор решил опередить отряд и незаметно для всех пройти более коротким путем между зарослями, чтобы добраться до воды раньше других. Он сейчас же осуществил это намерение, ничего не сказав даже своему денщику. Подойдя к колодцу, доктор остановился, пораженный: около него неподвижно стояла огромная обезьяна.

Доктор растерялся и замахал на обезьяну руками, но она не шевельнулась. Тогда он поднял камень и бросил его в обезьяну, но она не двинулась с места. Доктор направил на обезьяну ружье, но она только пристально посмотрела на человека. Не зная, что делать, он решил выстрелить в этого диковинного зверя и спустил курок. Обливаясь кровью, обезьяна, не издав ни звука, упала в колодец.

Подойдя к колодцу, доктор опять замер от удивления; на дне колодца копошилось множество обезьян.

Он ничего не понимал. Зачем все эти обезьяны спустились в колодец? Что они там делают?

Но когда доктор вгляделся, он все понял. Удивительно! Животные пришли к колодцу, чтобы напиться. Добраться до воды, находившейся на значительной глубине, было трудно, поэтому большая обезьяна встала у колодца и взяла за руку другую, которая спустилась в него. Ко второй прицепилась третья и спустилась ниже ее, к третьей — четвертая, и таким образом одни обезьяны устроили из своих тел лестницу, по которой другие могли спуститься в колодец и опять подняться наверх.

Удивленный доктор думал о том, как развито у этих животных чувство взаимопомощи, какую жертву принесла остальным большая обезьяна. Она не шевельнулась, когда он бросил в нее камень и прицелился из ружья, потому что за нее держались другие, спустившиеся в колодец. Застыв на месте, она твердо встретила смерть. А ведь, увидев человека, она могла мгновенно умчаться в лес и спастись.

Доктор огорчился, что убил обезьяну, но в этот момент его волновала мысль гораздо более важная. Скоро подойдет изнуренный отряд, и солдаты бросятся к воде. Но колодец выпачкан кровью, и в нем множество обезьян, а до следующего колодца еще очень далеко. Чтобы добраться до него, потребуется несколько суток. Сможет ли отряд продолжать путь без воды? Кто виноват в случившемся? Кто ответит за то, что уже произошло и может еще произойти, когда измученные, обессилевшие солдаты подвергнутся опасности? По военным законам порча и отравление колодцев — величайшее преступление. Что же будет, если обнаружится, что виновник — военный врач, человек, которому поручена охрана здоровья солдат, у которого нет другой заботы, кроме их благополучия.

От этой мысли доктор задрожал и едва не лишился рассудка. Наконец он опомнился и быстро скрылся в чаще. Единственное спасение — сделать вид, что ничего не видел, ничего не знаешь. Он пойдет сзади, чтобы никто его не заметил, словно он и не удалялся от отряда, не побывал раньше других у колодца и знать не знает, что там произошло.

Вскоре подошел и весь отряд. Солдаты скинули свою ношу, разгрузили животных, приготовили бурдюки и радостно бросились к воде. Но, заглянув в колодец, они разразились яростными проклятиями. Их охватило отчаяние, радость сменилась гневом. Стоя позади всех, доктор молча, дрожа от страха, смотрел на происходящее. Никто не обратил на него внимания.

Начальники экспедиции стали совещаться, что предпринять. В полной растерянности, доктор прятался от всех, стараясь взять себя в руки. Вдруг он почувствовал, что сзади него кто-то стоит. Он обернулся и увидел своего суданца, пристально смотревшего на него. По лицу денщика доктор мгновенно понял, что он обо всем догадался.