Эдгар Доктороу - Град Божий

Вот так история, которая должна была стать воплощением подсознательного экзистенциального ужаса, превратилась в грубо сработанную мелодраму, в которой автор так же, как и его злодей, получает по заслугам. И если правда то, что социально опасный психопат не может остановиться в своих преступлениях и продолжает совершать их со все большим размахом до своего собственного уничтожения, то справедливо и то, что автор продолжает поощрять идеи своего героя, давая ему волю полностью проявлять свою несостоятельность до тех пор, пока не наступит жалкий конец.

1. Я нумерую свои мысли, чтобы добиться их ясности, чтобы каждая из них, как колокол, звенела своей неповторимой и отчетливой тональностью.

1.01. Другими словами, я предлагаю мыслить исключительно фактами. (Что само по себе не является фактом.)

2. У меня есть имя — Людвиг Витгенштейн.

3. Людвиг — распространенное немецкое имя.

4. Однако я полагаю, что меня назвали в честь Людвига ван Бетховена.

5. Хотя истинность (4) не может быть доказана, моя вера в нее является истинным фактом.

5.01. Мое убеждение основано на том факте, что моя мать была пианисткой и считала, что музыка — самое главное в жизни…

5.11…и на том, что мой старший брат Пауль стал концертирующим пианистом…

5.21…и на том, что мой старший, покончивший с собой брат Ганс был одарен необычайным музыкальным талантом…

5.31…и на том, что мои сестры Термина, Елена и Маргарита были талантливы и обучены музыкальной грамоте…

5.41…и на том, что Брамс и Малер, будучи друзьями моих родителей, музицировали в нашем доме.

5.51. Брамс, Малер, мои родители и все, кого я знал, считали непреложным фактом, что Бетховен был величайшим из всех музыкальных гениев.

5.61. Я был убежден в том, что поскольку меня назвали в честь гения, то и я сам предназначен для того, чтобы стать гением.

6. Фактом является то, что мои родители, братья и сестры не разделяли этого моего убеждения.

6.01. Они пришли к такому заключению на основе того факта, что я заговорил только в возрасте четырех лет.

7. Я обладал способностью говорить раньше, но был настолько потрясен окружавшим меня миром, что предпочитал молчать.

7.01. С тех пор, занимаясь философией, я всегда четко отличал истины, которые могут быть высказаны, от истин, которые существуют только в молчании.

7.02. С тех пор, занимаясь философией, я всегда стоял на том, что высказанные вслух молчаливые истины перестают быть истинами.

8. Мое первое воспоминание — большая лестница в моем доме на Аллеегассе в Вене.

8.01. В этой лестнице было тридцать четыре мраморных ступени шириной десять футов.

8.02. Ворс роскошного ковра, покрывавшего ступени, был выкрашен в красные, зеленые и белые цвета — цвета флага Австро-Венгерской империи.

8.03. У основания каждой ступени ковер был укреплен сверкающим бронзовым стержнем.

8.1. Перила, обрамлявшие лестничные площадки, держались на балясинах, выполненных в форме изящных ваз.

8.12. Стены лестничных пролетов, выложенные розовым каррарским мрамором, подобно зеркалам, отражали поднимавшихся в огромное фойе людей, создавая у них иллюзию бесконечности.

8.2. Потолки были отделаны искусной позолоченной лепниной.

8.21. Плафоны были украшены персидским орнаментом.

8.3. На стене верхней лестничной площадки висел гигантский ковер с изображением кавалеров в шелковых панталонах и дам в широкополых шляпах и кринолинах с зонтиками на фоне леса. Картину венчало бледно-голубое небо с розовыми облачками.

8.4. Перед ковром стояла большая ваза дрезденского фарфора, в которой каждое утро меняли живые цветы.

8.5. По обе стороны вазы располагались бронзовые китайские статуи лежащих собак.

9. Барочное великолепие дома-дворца на Аллеегассе вызывало у меня тошноту тогда и вызывает ее сейчас, когда я вспоминаю родительский дом.

9.01. Тошнота свидетельствует о том, что в желудке находятся неперевариваемые вещи, которые надо исторгнуть.

9.02. Память, которая содержит тошнотворные неперевариваемые предметы сознания, не может быть исторгнута.

9.03. После очередного перистальтического криза болезненное чувство слабости лишь разливается по всему организму.

9.04. Память о величественной лестнице дома-дворца на Аллеегассе символизирует для меня отчаяние культуры fin de siecle [5] Конца века (фр.). , культуры моей юности.

10. Мои родители положили свою жизнь на то, чтобы подняться по этой лестнице.

10.01. Их предки были евреями, перешедшими в католицизм.