— Слушай, — не сдавался Том. — Я и сам не в восторге от того, как себя вел.
— Ты мог отвернуться или выйти из комнаты. Не обязательно ведь было смотреть.
— Может, ты хочешь, чтобы у меня напрочь исчезло половое влечение?
— Да, хотелось бы. И не только у тебя — у всех мужчин. — Кроме того единственного, которого я буду любить больше жизни. Тогда, когда мне бы этого хотелось. — И жить стало бы проще.
— Надеюсь, ты не думаешь так на самом деле.
Мы остановились на красный свет. Я выступила вперед в числе еще нескольких смельчаков, которые не хотели ждать, но когда нас всех чуть не сбила несущаяся на полной скорости машина, вернулась на тротуар. — Просто мне неприятно сознавать, что я должна вести себя так же.
— Да тебе вовсе не обязательно так одеваться. Или раздеваться.
— Обязательно. Сексуальная привлекательность не дается от природы. — Меня всю трясло.
— Общество ждет от меня особого поведения. Недостаточно быть самой собой. Нет, нужно осваивать все эти навыки, а иначе тебя просто обойдут на поворотах, и ты будешь никому не нужна.
— Ты, правда, так считаешь?
Загорелся зеленый. Я посмотрела по сторонам, и мы перешли дорогу.
— Похоже, мне так и не удалось привлечь твое внимание к своей персоне.
— Почему же, удалось, только… — Он смущенно замолчал.
— Слушай, если я тебе не нравлюсь, так и скажи. Не надо искать оправданий. Насильно мил не будешь.
— Дело не в этом! Просто я хочу вступить в нормальные, зрелые отношения, прежде чем прыгать в койку.
— Здорово. Надеюсь, вам с Тарой было хорошо вместе.
— Меня не волнует Тара.
— Да, и именно поэтому ты прыгнул к ней в койку.
— Джинджер…
— Да ладно, можешь не объяснять. Видимо, мужчинам просто не нравятся такие, как я. Вот в чем дело.
Я уже почти пришла. Вот уже мои ступеньки. Мне предстояло попрощаться с ним, подняться наверх, залезть в кровать и умываться горючими слезами, сожалея о том, что я ему сейчас наговорила.
— Джинджер, поверь мне… — У него снова сорвался голос. Я стояла на тротуаре и ждала, когда можно будет уйти. Он сжал мою руку. Забавно, как такой невинный жест учащает пульс. — Я никогда не испытывал к Таре никаких чувств. Она сама вешалась на меня, и я, наверное, переборщил с благодарностью за то, что она устроила меня в ресторан своего отца. Но, по правде говоря, она мне совсем не нравится. И чем лучше я ее узнаю, тем сильнее это чувство. И я даже не знаю, каким образом все это произошло…
Хорошо одетая женщина с чемоданом на колесиках попыталась пройти мимо нас.
— Разрешите?
Мы поднялись на ступеньки. Я ждала от него дальнейших объяснений. Он покраснел, посмотрел себе под ноги и снова на меня.
— Ты мне не безразлична. Мне бы хотелось узнать тебя получше. И именно в тебя я… — он прокашлялся, — влюбился.
Настроение мое тут же улучшилось.
— Ах! — Я наконец-то вздохнула. На улице пахло жареным луком.
— Ты сможешь меня простить?
Я долго морщила лоб, изображая глубокое сомнение в давно решенном вопросе.
— У меня есть для тебя подарок, — сказал он.
Я вскинула брови.
Он полез в свой рюкзак и вытащил оттуда коробочку, завернутую в подарочную бумагу. Мы сели на ступеньки, я развернула упаковку и открыла крышку.
— Это мне? — Внутри лежал изящный сервировочный ножичек для пирожных.
— Да.
— Очень красивый. Спасибо.
— Пожалуйста.
Я поцеловала его в щеку. Он поцеловал меня в губы. И еще, и еще раз. А потом уже было непонятно, кто кого целует, но это было уже не так важно. Я подумала, что, возможно, в проявлениях нежности на людях не было ничего предосудительного.
Следующим утром я спала довольно долго. Была суббота, и город не так сильно радовал меня своими любимыми звуками. Том пригласил меня к себе сегодня на ужин. Но до этого был еще целый день. Коко пока не проснулась, а я не могла изнывать без дела, так что сама собой родилась мысль пойти позавтракать. Я оставила ей записку и вышла из дома.
Я купила «Пост» в газетном киоске, что стоял прямо возле двери, застегнула куртку и засунула руки поглубже в карманы. Зима вовсю трубила о своем приходе. Я дошла до кафе, открыла тяжелую стеклянную дверь, прошла мимо хозяйки и уселась за стойку.
Я изучила меню, словно в нем что-то могло поменяться, но, естественно, никаких неожиданных блюд мне найти не удалось. Заказать оладьи? Или вафли? Время шло к обеду. Супом дня был куриный бульон с рисом. Скукотища. Наверное, не следует отказывать себе в удовольствии. Поэтому я решила остановиться на яблочном пирожном и чашечке кофе.
Читать дальше