Рут Рейчл - Чеснок и сапфиры

— Ну, пожалуйста, — взмолился Ники. — Пожалуйста, пойдем в бистро.

Майкл весело на меня покосился, ожидая реакции.

— Мы сохраним твой секрет, — сказал он тихонько. — Никто не узнает, что это ты ходила в бистро. А судя по всему, Бренде этот ресторан должен понравиться.

«Бистро» — так называл Ники свой любимый ресторан «Бенихана», заведение, куда не ступит нога уважающего себя ресторанного критика. Это была маркетинговая стратегия, и, хотя я не могла не восхищаться тем, как владельцы ресторана умели при минимальных затратах получать большую прибыль, само заведение меня угнетало. Я терпеть не могла эту еду и торопливое обслуживание.

Эти благоразумные мысли с пчелиным жужжанием пронеслись у меня в мозгу и исчезли вместе с намерением приготовить на ужин курицу. Бренда улыбалась своей большой Красной улыбкой и говорила густым теплым голосом:

— «Бенихана» — отличная идея. Превосходная. Какой же Ты умница, что вспомнил об этом. Давайте переоденемся к обеду!

— Где твоя мама? — спросил Джин у Ники, когда мы вошли в лифт.

Я испугалась.

Ники хорошо подыграл с Мириам, хорошо бы он и сейчас не подкачал. Однако я слишком много требую от ребенка..

Но мой ребенок и глазом не моргнул.

— Она пошла куда-то по своим делам, — сказал он, словно го, что сейчас я была кем-то другим, являлось для него самой естественной вещью на свете. — Она не может пойти с нами сегодня, — добавил он, и я поняла, что для него все мои переодевания были всего лишь забавной игрой.

— Тебе повезло, что ты пойдешь с мисс Роуз, — сказал Джин.

Он сохранял все то же глуповатое выражение, которое появилось у него при первом взгляде на Бренду.

— Готов поспорить: рыжие женщины тебе нравятся не меньше моего.

Ники нахмурился.

— У нее не рыжие волосы, — сказал он. — Они больше похожи на какой-то металл.

— Медь, — подсказал ему Джин. — Этот металл зовется «медь». Ты прав. Я думаю, что это самый красивый цвет. Я всегда был неравнодушен к рыжим женщинам.

— А я — нет, — преданно сказал Ники. — Мне больше нравятся каштановые волосы, такие как у моей мамы.

Джин потрепал его по голове.

— Ты хороший мальчик, — сказал он. — Я обязательно передам твоей маме то, что ты мне только что сказал.

Я посмотрела на Джина — уж не шутит ли он? — и не смогла определиться с ответом. Ники хихикнул. Я взглянула на него и увидела, что лицо его светится восторгом. Еще бы! Ведь он сейчас знал больше взрослого человека. Когда лифт опустился, Джин выпрыгнул из лифта и побежал по вестибюлю, как большая благодушная черепаха.

— Желаю вам хорошего вечера, — сказал он и отворил дверь.

Ники снова хихикнул.

Люди улыбались нам на улице, словно видели перед собой восхитительную семью. Я отвечала улыбкой, глядя им прямо в глаза. Я чувствовала свой рот — большой, мягкий и добрый. Каблуки делали меня высокой и сильной. Мне казалось, что я лечу вперед, прямо по ветру, словно деревянная фигура, какие крепят на нос корабля. Меня переполнял оптимизм.

Возле «Бениханы» стояла очередь. Майкл поморщился.

— Я знаю, как ты ненавидишь очереди, — заговорила я низким медлительным голосом Бренды. — Почему бы тебе не пройтись по кварталу? Мы с Ники постоим, правда, зайка?

Зайка? Откуда взялось это слово? Я посмотрела на сына, ожидая встретить удивленный взгляд, но он лишь улыбнулся мне и сказал:

— Конечно, постоим.

Мужчина, стоявший перед нами, обернулся и сказал:

— Придется подождать, если хотите увидеть Вилли. — Глянул на Ники и добавил: — Вилли показывает фокусы.

— Все повара показывают фокусы, — сказала я. — Поэтому мы и пришли. Ники нравится, когда цыплята летят к нему на тарелку.

— Если верить нашим друзьям, — сказал мужчина, — Вилли показывает лучшие фокусы.

Он протянул руку.

— Меня зовут Билл. Это — Кристофер. И мы хотели бы задать вам вопрос. Где вы раздобыли такой удивительный Жакет?

Мы стали друзьями прежде, чем нас усадили за стол. Оказалось, что Билл прав: ради Вилли надо было постоять. Его руки мелькали со скоростью света. Он резал овощи, выкладывал из них клоунские рожицы и жарил на гриле. Нарезанные кусочками цыплята летали по ресторану — падали то в шляпу Вилли, то в карман. Я с удивлением увидела, как очередной цыпленок, отскочив от тарелки Майкла, перелетел через мою и шлепнулся в тарелку Ники. Вилли предложил Ники грибы (он их любил!), настоял, чтобы он попробовал креветки (он их не любил), и задал тон всему вечеру. Когда дошло до десерта, Билл соорудил из салфеток маленькую шапочку с углублением сверху, нахлобучил ее Ники на голову, после чего предложил нам наполнить шапку фруктами. Похоже, Ники удивлялся, что я позволила такое баловство. Сказать честно, я сама себе дивилась.