Маделин Уикхем - Испанские каникулы

Филипп глотнул еще воды и закрыл глаза, ощущая, как голова протестует против вливания жидкости. Тело возражало, но это было только к лучшему. И было бы еще лучше, если бы добавить «Алка-Зельцер». Но Филипп, перекопав дорогущие кухонные шкафы Джерарда, ничего антипохмельного так и не нашел, а он был сейчас не в том настроении, чтобы кого-либо спрашивать. Кроме того, ему доставляло какое-то странное удовольствие сидеть здесь с гудящей головой и дрожащими руками и чувствовать себя именно так, как он того заслуживает.

Нынче днем вилла превратилась в странное, убаюкивающее место. Конечно же, отчасти эту тишину можно было объяснить отсутствием трех младших детей — и Аманды, как мысленно признал Филипп. Отчего-то ее присутствие усугубляло нервозность обстановки.

У Хлои разболелась голова, и она ушла в спальню. Она выглядела бледной и больной и отвернулась, когда Филипп попытался обнять ее за плечи. Возможно, она до сих пор беспокоится из-за Джерарда. Филипп задумчиво глотнул еще воды. Он сам не вполне понимал, как относится к теории Сэма и имеет ли это какое-то значение. Они все здесь, они отдыхают, и, несомненно, только это и важно — так ведь? Вилла такая огромная, что здесь, пожалуй, могла бы разместиться еще и третья семья, не причинив остальным особых неудобств.

Филипп сделал еще глоток и взял мисочку с фисташками, оставленную кем-то на стойке бара. Начав щелкать их, он ощутил слабое удовлетворение. И даже умиротворение, несмотря на болезненную пульсацию в голове. В конце концов он начал успокаиваться. Если Крис прав, значит, в течение ближайшей недели ничего не произойдет. Филипп чувствовал себя словно приговоренный, которому дали несколько дней отсрочки.

То ли алкоголь подействовал на нервные окончания, то ли вынужденная праздность сказалась на деятельности всей нервной системы, но Филипп ощутил спокойствие и расслабленность. Впервые с начала отпуска он почувствовал, что и вправду на отдыхе. У него перестало ныть под ложечкой каждые пять минут, а мысли не возвращались то и дело к Англии, банку и его судьбе.

Когда Филипп перерывал кухню в поисках средства от головной боли, ему попалась стопка буклетов. Это были рекламы всевозможных экскурсий и пикников, на которые можно было повезти мальчиков. Он выудил из стопки буклет аквапарка и представил себе, как несется по огромному желобу на резиновом круге, а мальчишки в ужасе глядят на отца, ставящего их в неловкое положение. Филипп рассмеялся. Да, так они и сделают! Вперед, к развлечениям!

Тут по мраморной кухне раскатилась телефонная трель, и Филипп подскочил от неожиданности. Ему совершенно не хотелось отвечать на звонок. Во всяком случае, сейчас, пока он в таком умиротворении. С другой стороны, было совершенно ясно, что больше ответить некому. После пары звонков Филипп снял трубку и небрежно произнес:

— Алло!

— Алло, — послышался женский голос. — Не могли бы вы позвать Хью Стрэттона?

— Конечно, — отозвался Филипп. — Сейчас пойду поищу его…

— Или, может, вы будете любезны передать ему сообщение?

— Ну… хорошо, — согласился Филипп. — Сейчас, я ручку возьму.

Он лениво огляделся и заметил на резной деревянной полочке кружку с карандашами.

— Угу, — сказал он, вернувшись к телефону. — Давайте.

— Передайте, пожалуйста: Делла сказала…

— Угу, — повторил Филипп, записывая имя.

— …что Филипп Мюррей работает в Ист-Ройвичском отделении.

Рука Филиппа, сжимавшая карандаш, замерла. Он озадаченно уставился на нацарапанные слова. «Делла — Филипп Мюр…»

Он что, все еще пьян?

— Извините, — выговорил он наконец, — кажется, я вас плохо расслышал.

— Филипп Мюррей. М-ю-р-р-е-й. Работает в Ист-Ройвичском отделении Национального южного. Управляющий отделением.

— Ага, — сказал Филипп. — Ясно. — Он потер лицо, пытаясь отыскать в происходящем хоть каплю смысла. — А не могли бы вы… с кем я разговариваю?

— Делла Джеймс. Секретарша мистера Стрэттона, — ответила женщина. — Извините, что помешала вам отдыхать. Пожалуйста, если можете, передайте ему сообщение и скажите, что я перешлю ему соответствующие страницы отчета по факсу. Спасибо большое.

— Погодите! — воскликнул Филипп. — Откуда… откуда вы звоните?

— Из офиса мистера Стрэттона. Еще раз извините за беспокойство. До свидания.

— Погодите! — вскричал Филипп. — Что, собственно…

Но в трубке уже слышались короткие гудки. Филипп тупо уставился на зажатую в руке трубку, потом медленно опустил ее на рычаг.